23.10.2021

Майер карл фон ротшильд: Ротшильд, Майер Карл фон — Вики

Ротшильд, Майер Карл фон — Вики


Майер Карл фон Ротшильд
нем. Mayer Carl von Rothschild
Дата рождения 5 августа 1820(1820-08-05)[1][2][3][…]
Место рождения
Дата смерти 16 октября 1886(1886-10-16)[2][4][5](66 лет)
Место смерти
Страна
Род деятельности банкир, политик
Отец Ротшильд, Калман Майер[6]
Мать Adelheid Hertz[d][4][6]
Супруга Luise von Rothschild[d][6]
Дети Hannah Luise Rothschild[d], Adele von Rothschild[d][4][6]
, Bertha Clara von Rothschild[d][4], Emma Louisa Rothschild[d][4][6], Thérèse von Rothschild[d][4] и Marguerite de Rothschild[d][4][6]
В Википедии есть статьи о других людях с фамилией Ротшильд.

Майер Карл фон Ротшильд (нем. Mayer Carl von Rothschild; 5 августа 1820, Франкфурт-на-Майне — 16 октября 1886, Франкфурт-на-Майне) — немецкий банкир и политик из семейства Ротшильдов, барон.

Биография

Майер Карл — старший из четырёх сыновей Карла Майера Ротшильда, четвёртого из пяти сыновей основателя династии Ротшильдов Майера Амшеля, и его супруги Аделаиды. Получил образование в нескольких филиалах Дома Ротшильдов в Европе, также изучал юриспруденцию в Гёттингенском и Берлинском университетах. С 1843 года служил в главном отделении банка во Франкфурте, а после смерти отца и дяди возглавил его в 1855 году вместе с младшим братом Вильгельмом Карлом.

в 1842 году Майер Карл Ротшильд женился на Луизе Ротшильд (1820—1894), дочери его лондонского дяди Натана Майера Ротшильда. У супругов родилось семеро дочерей, три из которых вышли замуж за членов семьи Ротшильд, а две — за дворян-христиан.

Майер Карл Ротшильд входил в состав Франкфуртской торговой палаты и стал одним из учредителей Франкфуртского банка, занимал должность консула Пармы и Баварии и генерального консула Австрийской империи. В 1866 году Ротшильд входил в состав делегации на переговорах с Отто фон Бисмарком относительно льготных условий для присоединения Франкфурта к Пруссии. В 1867—1871 годах Майер Карл фон Ротшильд являлся депутатом франкфуртского городского собрания и одновременно рейхстага Северогерманского союза. В 1871 году Ротшильд стал первым евреем, вошедшим в состав Прусской палаты господ.

Ротшильд и его супруга занимались коллекционированием и благотворительностью. Их обширная библиотека на вилле Гюнтерсбург по завещанию была передана в городской библиотечный фонд. В 1843 году Майер Карл фон Ротшильд приобрёл и перестроил здание, которое известно ныне как дворец Ротшильдов. В настоящее время в нём размещается Франкфуртский еврейский музей.

Примечания

Литература

  • Hilmar Hoffmann: Die großen Frankfurter: Ehrenwürdige Bürger und Ehrenbürger. Societäts-Verlag, Frankfurt am Main 2004, ISBN 3-7973-0928-7, S. 65-68.
  • Katharina Medici-Mall: «Lass den Anfang mit dem Ende sich in Eins zusammenziehn!»; Zum Wettbewerbsprojekt für den Frankfurter Günthersburgpark; Ausführliche, auch historische Darstellung einschl. Plänen. In: Brigitt Sigel: Der Garten — ein Ort des Wandels: Perspektiven für die Denkmalpflege. Band 26 von Veröffentlichungen des Instituts für Denkmalpflege an der Eidgenössischen Technischen Hochschule Zürich. Verlag vdf Hochschulverlag, 2006.

Майер Карл фон Ротшильд — Mayer Carl von Rothschild

Майер Карл Фрейхерр фон Ротшильд (5 августа 1820 — 16 октября 1886) был немецким еврейским банкиром и политиком, а также потомком семьи Ротшильдов .

Ранние годы

Родился во Франкфурте 5 августа 1820 года. Он был сыном Адельхайд ( урожденная Герц) и Карла Майера фон Ротшильда . Среди его братьев и сестер были Шарлотта (жена Лионеля де Ротшильда ), Адольф Карл  [ фр ] , Вильгельм Карл (1828–1901) и Ансельм Александр Карл, который умер молодым.

Он изучал право в Геттингенском и Берлинском университетах .

Карьера

После изучения права он присоединился к семейной банковской фирме во Франкфурте. После смерти его отца и дяди ( Амшель Майер Ротшильд ), Майер Карл и его брат Вильгельм Карл фон Ротшильд стали руководителями фирмы.

В 1854 году фирма была сделана банкиром при дворе Пруссии . Он был назначен герцогство Парма консулом во Франкфурте, консул в Баварии и Австрии генеральный консул , и в 1866 году, он принял участие в составе делегации во Франкфурте в Берлине , чтобы потребовать снижения вклада в военные усилия, был депутатом в Северо-германский сейм , член германского рейхстага и занял место в городском парламенте Франкфурта .

В 1871 году Ротшильд стал первым евреем-членом Палаты лордов Пруссии .

Личная жизнь

6 апреля 1842 года Ротшильд женился на своей кузине Луизе фон Ротшильд  [ де ] в лондонской синагоге на площади Герцога. Вместе у пары родилось семь дочерей:

  1. Адель фон Ротшильд  [ де ] (1843–1922), вышла замуж за Саломон Джеймс де Ротшильд (1835–1864) в 1862 году.
  2. Эмма Луиза фон Ротшильд (1844–1935) вышла замуж за Натана Майера Ротшильда (1840–1915) в 1867 году.
  3. Клементина Генриетта фон Ротшильд (1845–1865)
  4. Тереза ​​фон Ротшильд (1847–1931) вышла замуж за Джеймса Эдуарда де Ротшильда (1844–1881) в 1871 году.
  5. Ханна Луиза фон Ротшильд  [ де ] (1850–1892).
  6. Маргерит де Ротшильд  [ фр ] (1855-1905), замужем за Антуаном Alfred Agenor де Gramont, 11 герцог Gramont  [ фр ] (1851-1925), сын Агенора, десятый герцог Gramont , в 1878 году.
  7. Берта Клара фон Ротшильд (1862–1903) вышла замуж за Луи Филиппа Мари Александра Бертье, 3-го принца Ваграма (1836–1911), сына Наполеона Александра Бертье, 2-го принца Ваграма , в 1882 году.

Ротшильд умер 16 октября 1886 года.

Рекомендации

внешняя ссылка

<img src=»https://en.wikipedia.org//en.wikipedia.org/wiki/Special:CentralAutoLogin/start?type=1×1″ alt=»» title=»»>

Ротшильд, Калман Майер — это… Что такое Ротшильд, Калман Майер?

Калман (Карл) Майер фон Ротшильд (нем. Kalman (Carl) Mayer von Rothschild; 24 апреля 1788(17880424), Франкфурт-на-Майне, Священная Римская империя, — 10 марта 1855, Неаполь, Королевство Обеих Сицилий) — основатель неапольской ветви финансовой династии Ротшильдов, банкир Королевства Обеих Сицилий, барон.

Биография

Был четвертым сыном Майера Амшеля Ротшильда (1744–1812), основателя династии. Стал известен под именем Карл (Carl) благодаря родственникам из английской ветви, которые называли его Чарльз (Charles). Он получил опыт в отцовском бизнесе и жил у родителей до 29 лет, когда приобрел дом на 33 Neue Mainzer Strasse во Франкфурте-на-Майне, чтобы жениться на Адельгейд Херц (1800-1853) 16 сентября 1818 года. В браке у них родились

  • Шарлотта (1819–1884), вышедшая замуж за Лионела фон Ротшильда
  • Майер Карл (1820–1886)
  • Адольф Карл (1823-1900)
  • Вильгельм Карл (1828-1901)
  • Ансельм Александр Карл (1835-1854)

С целью расширения семейного бизнеса во всей Европе только старший брат Амшель Майер остался во Франкфурте-на-Майне, тогда как остальные братья отправились в различные европейские столицы. В 1821 году оккупация Неаполя австрийской армией открыла для семьи Ротшильдов новые возможности для развития бизнеса. В результате Карл Ротшильд был отправлен в Неаполь, где основал банк C M de Rothschild & Figli в качестве представительства головного банка во Франкфурте-на-Майне.

У Карла Майера была репутация наименее одаренного из пяти братьев. Однако он показал себя в Неаполе сильным финансистом и очень способным в развитии крайне важных бизнес-связей. Он установил хорошие деловые отношения с Луиджи де Медичи, министром финансов Королевства Обеих Сицилий, после чего его банк стал доминирующим в Неаполе. После успеха Карла банковский дом Ротшильдов был представлен во всех основных столицах Европы и получил существенное влияние и преимущество над своими конкурентами.

В 1822 году Карл Ротшильд со своими братьями получил титул барона из рук австрийского императора Франца II. Весной 1826 года герцог Леопольд Саксен-Кобургский, будущий король Бельгии, гостил у Карла фон Ротшильда на его вилле в Неаполе. В 1829 году Карл был назначен консулом Сицилии во Франкфурте. А в январе 1832 года он, еврейский банкир, получил ленту и звезду ордена Sacred Military Constantinian Order of Saint George из рук нового римского папы Григория XVI.

См. также

В этой статье не хватает ссылок на источники информации. Информация должна быть проверяема, иначе она может быть поставлена под сомнение и удалена.
Вы можете отредактировать эту статью, добавив ссылки на авторитетные источники.
Эта отметка установлена 5 сентября 2012.

Майер Амшель Ротшильд и сыновья. 10 гениев бизнеса

Майер Амшель Ротшильд и сыновья

Ротшильд… Это имя в позапрошлом и прошлом веках было синонимом богатства, успеха, роскоши и престижа. Весь XIX век прошел под знаком влияния финансовой империи Ротшильдов, и только к его концу появились новые финансовые гиганты, которые составили ей серьезную конкуренцию. Семья Ротшильдов и сегодня является единственной в своем роде!

О банкирах Ротшильдах человечеству известно уже более двух с половиной веков. Именно столько длится их деятельность в мире финансового бизнеса. Члены знаменитого клана живут на всех пяти континентах и поддерживают родственные отношения. Вероятно, никто другой, кроме самих Ротшильдов, не смог бы назвать общую сумму капитала, которым они владеют, хотя достоверно известно, что это фантастическая цифра. В чем же секрет успеха Ротшильдов? В нашей статье мы попытаемся в этом разобраться.

Свободный город Франкфурт-на-Майне, расположенный в центре оживленной торговли, с периода раннего Средневековья привлекал евреев. В течение последнего тысячелетия здесь успешно велись торговля и финансовые операции. Перед Французской революцией во Франкфурте насчитывалось 35 тысяч жителей, одну десятую из них составляли евреи. В 1462 году им был выделен специальный квартал, получивший название еврейского.

Именно из этого города ведет свою родословную династия знаменитых финансовых магнатов. Предки основателя династии Ротшильдов, Майера Ротшильда, на протяжении многих веков жили в одном из таких тесных гетто, всего 12 метров в ширину, «зажатые, как в клетке», между городской стеной и рвом, в убогом доме на перегороженной с обеих сторон Юденгассе (Еврейской улице), где возле запиравших вход и выход тяжелых цепей стояла стража.

Это была семья Ханов, образовавшая впоследствии одну из ветвей династии. Они переселились во Франкфурт в XVI веке. Их франкфуртское имя происходит от «дома с красной вывеской», в котором жила семья. Однако фамилия Ротшильд достаточно часто встречается в еврейских общинах – в Германии того времени евреям часто давали фамилии по какому-либо признаку, связанному с семьей, ее образом жизни. В 1585 году Исаак Эльханан получил прозвище «у красной вывески», в то время как на могиле его отца было написано только Эльханан. Следует, однако, отметить, что, по мнению некоторых других источников, «в 1750 г. Майер Амшель Бауэр унаследовал банковское дело своего отца во Франкфурте и сменил имя на Ротшильд: от «roten Schield» – «красный щит», который висел над входом в контору и был символом побед революционно настроенных евреев в Восточной Европе» (Н. Боголюбов. Тайные общества XX века. СПб., 1997).

Средства к существованию семье Ротшильдов, как и другим евреям, давала торговля, так как до XVIII века других финансовых банковских операций еще не было. Состояние у Ротшильдов было незначительное, образ жизни – скромный. С 1567 по 1580 год Исаак Эльханан уплатил налог с состояния в 2 тысячи 700 гульденов, а у его правнука Кальмана, скончавшегося в 1707 году, в 1690-м уже было состояние в 6 тысяч флоринов. Сын Кальмана в 1733–1735 годах имел на руках вексель известного вюртембергского придворного финансиста на 38 тысяч флоринов, свидетельствующий о том, что имели место крупные денежные операции. Но у Амшеля Мозеса, отца Майера Амшеля, было состояние всего в 1 тысячу 375 флоринов. Все это – очень незначительные суммы, если сравнить их с доходами и состоянием крупных придворных финансистов Берлина и Вены, многие из которых были миллионерами.

Молодой Майер Ротшильд обучался ремеслу в городе Ганновере (Северная Германия), поскольку там власти относились более снисходительно к обитателям еврейского гетто, чем во Франкфурте. В 1764 году, проведя несколько лет в качестве ученика в банкирском доме Оппенгеймеров, Майер Ротшильд вернулся во Франкфурт, где ему сразу же напомнили о его социальном положении. Молодому человеку снова пришлось, втянув голову в плечи, пробираться по улицам, робко прижимаясь к стенам и сняв с головы островерхий колпак.

За время, пока Майер Ротшильд учился в Ганновере, его семья окончательно обеднела и жила уже не на «богатом конце» Юденгассе в доме под красной вывеской, а в ветхой сырой лачуге, с карниза которой свисала сковорода на цепочке. Этот дом так и назывался – «дом под сковородой». Именно здесь Майер Ротшильд и открыл свою маленькую фирму. Вскоре в «доме под сковородой» наш герой оборудовал некое подобие лавки денежного менялы, где проезжие купцы могли поменять деньги одних германских княжеств на валюту других. Так возник первый банк фирмы Ротшильдов – в комнатушке площадью в 4 квадратных метра! Свое богатство Ротшильд начал собирать в буквальном смысле на свалке. Даже в груде старых вещей порой скрываются сокровища, однако надо уметь их найти, а Майер Амшель обладал таким талантом. Он начал собирать вышедшие из обращения монеты, выброшенные медали, эмблемы со старинных рыцарских доспехов и щитов. Почистив и придав своим находкам товарный вид, Ротшильд успешно сбывал их коллекционерам. За многие годы скопилась завидная и довольно ценная коллекция.

В одной из торговых книг за 1778 год Майер Ротшильд уже упоминается как торговец антикварными медалями и монетами. Сначала он сам составлял каталоги таких монет и развозил клиентам. Особенность его монетного бизнеса состояла в том, что собранная из монет коллекция продавалась дороже, чем составляющие ее монеты, которые приобретались по отдельности: добавленная стоимость возникала за счет «упорядоченности» монет. Кроме всего прочего, необычным было и то обстоятельство, что Майер Амшель определял ценность монет не количеством драгоценного металла, а их историческим значением.

Доходы от обмена иностранной валюты шли на расширение торговли старинными монетами. Майер Ротшильд скупил несколько лавок, которые принадлежали попавшим в трудное положение менялам, вместе с запасом монет. С полученным таким путем «торговым запасом» он снова объезжал все маленькие германские княжества и герцогства. Однажды во время вояжа в Веймар ему посчастливилось заключить сделку с покровителем самого Гете – герцогом Карлом Августом.

Многочисленные поездки по маленьким германским княжествам и герцогствам, где Ротшильд сбывал свои старинные редкости увлекающимся аристократам, привели его на прием к еще одному увлеченному коллекционеру принцу Вильгельму Гессенскому – будущему курфюрсту и одному из богатейших людей того времени.

Следует отметить, что в немецких государствах типичной комбинацией того времени были «князь и еврей» (F?rst und Jud), причем в руках последнего находились финансы государства. Так, больше ста лет придворными банкирами императорского двора в Вене были представители дома Оппенгеймеров. «Великий курфюрст» Фридрих Вильгельм пользовался услугами финансистов Гумперца, Фейта, Риса, Аарона и Бронда Вульфа. Его сын Фридрих I поручил финансовые дела Либману, Фридрих Великий – Ефраиму.

В 1764 году наследный принц Вильгельм приступил к самостоятельному правлению графством Ханау. Ландграф был большим любителем, коллекционером и знатоком монет и медалей. В июне 1765 года Ротшильд доставил ему первые монеты, за что получил вознаграждение в 38 гульденов 80 крейцеров. Это был первый «гешефт» Ротшильда с главой иностранного государства. И именно торговля монетами сблизила тогда двадцатилетнего Майера Ротшильда с его будущим покровителем. Ему понадобились десятилетия, чтобы добиться полного расположения и милости ландграфа, так как тот по своей натуре был очень подозрительным человеком, особенно, если речь шла о финансовых делах. Так скромно начинал свою карьеру величайший придворный банкир всех времен.

Спустя несколько лет старший Ротшильд даже отважился ходатайствовать о получении какого-нибудь придворного звания, так как любой титул возвышал еврея-торговца в глазах придворного общества и в обществе единоверцев: «Я имел особую милость делать Вашей Княжеской Светлости различные поставки, которые доставляли Вашей Светлости большое удовольствие. Я приложу все свои силы и возможности, чтобы и дальше всегда быть готовым оказывать Вашей Княжеской Светлости различные услуги. Особенно сильным поощрением было бы для меня, если Ваша Княжеская Светлость благоволили бы пожаловать мне чин придворного фактора [финансовая должность при дворах немецких князей, введенная специально для евреев. – Здесь и далее прим. авт.] Вашей Светлости.

Вашу Княжескую Светлость прошу с большей уверенностью еще и потому, что я никоим образом не хочу утруждать Вас. Благодаря чину и имея в виду мое торговое дело, а также и другие обстоятельства, я смог бы составить здесь, в городе Франкфурте, свое счастье».

Майер Ротшильд получил чин придворного фактора. Это была награда за поставки монет и медалей, продолжившиеся до 1806 года. После смерти Майера в 1812 году Амшеля дом Ротшильдов продавал курфюрсту медали дважды, в 1813 и 1814 годах.

После назначения придворным фактором Ротшильд еще активнее принялся за финансовые дела. Наряду с этим торговлю товарами продолжали вести пять его сыновей. Как ландграф Фридрих II, таки наследный принц с 1776 года выдавали из Лондона векселя для найма солдат для Англии. При реализации такого векселя Ротшильд должен был работать в Ганау. В следующем своем заявлении ландграфу он сообщал о том, что «в Ганау он по английским письмам получил более высокую цену с выгодой для господской казны». С 1798 года Ротшильд стал наиболее предпочитаемым поставщиком княжеской казны.

Ему очень помогло то обстоятельство, что у князя не было никаких предубеждений против евреев. Об этом свидетельствует значительное число евреев при дворе в Касселе. К тому же князь был деловым человеком, он и сам мог стать банкиром. Решающее значение для банкирского дома во Франкфурте имело и то, что Ротшильд, наконец, сумел завоевать полное доверие князя, поручившего ему вести все денежные дела. Существование любого банка полностью зависит от того, удастся ли ему привлечь солидных клиентов и удержать их. Ротшильд оказывал своему высокопоставленному клиенту различные услуги: ведение всех дел в свободном городе Франкфурте, привлечение надежных и политически нейтральных банковских связей на ведущем финансовом рынке Лондона.

Расширение деловых связей в конце концов привело к тому, что на стену «дома под сковородой» в 1769 году прибили новую вывеску. На ней уже красовался герб герцогского дома Гессен-Ханау и надпись золотыми буквами внизу: «Майер Ротшильд, управляющий делами герцога Вильгельма, Его Высочества князя Ханау».

Прибыли Ротшильда росли. Сам Вильгельм тоже представлял собой довольно колоритную фигуру. Он доводился внуком английскому королю Георгу II, двоюродным братом Георгу III, шурином королю Швеции и племянником королю Дании. Но не это было самым главным. Куда важнее было другое: он первым из немецких князей, несмотря на свою принадлежность к аристократии, начал предоставлять кредиты под ростовщические проценты, не гнушаясь грубым и наглым стяжательством.

Вскоре должниками Вильгельма оказалось больше половины государей Европы. Кроме того, он научился превращать в золото даже кровь самих гессенцев. Его не знавшие милосердия и пощады унтер-офицеры умели вымуштровать дисциплинированных и готовых на все наемников. И как только новая рота ландскнехтов заканчивала подготовку, герцог тотчас же продавал ее за большие деньги англичанам – для поддержания порядка в заморских колониях разраставшейся в то время Британской империи. Всякий раз, когда в дальней английской колонии убивали какого-то гессенского наемника, герцог Вильгельм получал за него большую денежную компенсацию. И очень скоро властелин крошечного герцогства сделался богатейшим феодалом в Европе, своего рода банкиром-ростовщиком, кредитором многих князей и королей. Постепенно в этот бизнес включился и Майер Ротшильд. Наряду с другими менялами и банкирами он время от времени получал от герцога Вильгельма поручения – взыскать тот или иной иностранный долг (разумеется, за соответствующее вознаграждение).

Разбогатев, семейство Ротшильдов смогло переселиться в новый дом – уже «под зеленой вывеской» – и стало называться не Ротшильдами, а Грюншильдами («грюн» по-немецки – зеленый). Некоторое время Ротшильды даже подумывали, не взять ли это новое прозвище в качестве фамилии, но потом все же решили оставить старую. Эта фамилия и вошла в историю.

Нельзя сказать, что Ротшильды богатели со сказочной быстротой. На протяжении почти 20 лет Майер Ротшильд платил подоходный налог всего лишь в 2 тысячи флоринов в год. Только в 1795 году придирчивые городские финансовые инспекторы увеличили размер налогов до 15 тысяч. А это, по понятиям франкфуртского гетто, означало самый высокий уровень доходов. В гетто, но не в финансовом мире германских княжеств.

29 августа 1770 года Майер Амшель женился на дочери коммерсанта Вольфа Соломона Шнапера, проживающего недалеко от дома Ротшильда. Род тестя принадлежал к старым еврейским семьям Франкфурта. Приданое невесты составило 2 тысячи 400 флоринов. Гутле Шнапер была простой, скромной и очень хозяйственной женщиной. Она подарила своему супругу десять детей: пятеро сыновей и пять дочерей. Ведение домашнего хозяйства и воспитание детей занимало очень много времени. Всю свою жизнь Гутле Шнапер провела в еврейском квартале, в том самом доме, где их семье суждено было добиться наивысшего процветания.

Между тем сыновья Ротшильда выросли и начали помогать отцу во всех его делах.

Старший сын, Амшель Майер, родился 12 июня 1773 года, 16 ноября 1793 года он женился на Еве Ганау. В документах имена отца и сына – Майер Амшель и Амшель Майер – часто путали. Лишь при ближайшем и более подробном изучении удавалось установить, кто из них имеется в виду. Часто встречается и различное написание Майер и Мейер. Амшель умер 6 декабря 1855 года.

Соломон Майер, второй сын, родился 9 сентября 1774 года. 26 ноября 1800 года он женился на Каролине Штерн, а умер 27 июля 1855 года.

Натан Майер, третий сын, оказавшийся самым талантливым из «пяти франкфуртцев», появился на свет 16 сентября 1777 года. Он был женат на Ганне Коэн из еврейской семьи. Но уже 8 августа 1836 года он скончался.

Четвертый сын, Карл Майер, родился 24 апреля 1788 года, 16 сентября 1818 года женился на Адельхайд Герц. Он умер 10 марта 1855 года. Трое из пяти братьев ушли из жизни в один и тот же год.

Якоб, или Джеймс, самый младший, родился 15 мая 1792 года, 11 июля 1824 года он женился на своей племяннице Бетти Ротшильд. Смерть настигла его 15 ноября 1868 года.

Характерно, что сыновья и дочери Ротшильдов стремились сочетаться браком с представителями известных семей, принадлежащих к верхним кругам еврейской общины. И эта политика, характерная для придворных факторов, способствовала продвижению дома Ротшильда. Дочери вошли в семьи Вормса, Зихеля, Байфуса, Монтефиоре.

Именно сыновья Майера Ротшильда, впоследствии ставшие финансовыми воротилами Германии, Англии, Австрии, Италии и Франции, подготовили настоящий «финансовый взрыв».

Это было время, когда на первый план вышел денежный капитал. Богатства, до тех пор лежавшие втуне, были пущены в оборот, спрос на деньги значительно усилился. В эпоху революционных потрясений одни состояния рушились, другие создавались. Посредники в этом перераспределении наличности – банкирские фирмы – сделались главными ее собирателями, а среди фирм Европы банкирский дом Ротшильдов занял первое место.

Но решающее значение для его продвижения имело завоевание монопольного положения. В этом ему помог военный советник Будерус, назначенный в 1802 году директором главного военного казначейства при дворе Касселя. С этого времени дом Ротшильдов стал быстро опережать всех конкурентов. В 1802 году Ротшильд-старший открыл в Касселе филиал, чтобы постоянно оставаться в тесной связи с двором и дворцовыми чиновниками. По резолюции от 16 сентября 1802 года, т. е. довольно поздно, он был освобожден от уплаты налогов, которыми облагались все еврейские торговцы. Вызывает удивление тот факт, что придворный фактор Ротшильд должен был так долго ждать льгот, обычно тотчас же предоставляемых придворным финансистам.

С 1801 по 1806 год Ротшильд выпустил пять займов на сумму почти 5 миллионов гульденов. Окрепли его близкие отношения со двором Гессена, причем он поистине с широким размахом пользовался методом, применяемым всеми придворными факторами той эпохи. Чтобы добиться расположения влиятельных придворных и чиновников государственного управления, они часто прибегали к подаркам и взяткам. Ротшильд сумел привлечь гессенских чиновников к сотрудничеству в финансовых делах. Когда Будеруса назначили главным сборщиком податей при земельной казне Ганау, Ротшильд представлял его интересы во Франкфурте. После того как его покровитель стал авторитетным советником ландграфа, Ротшильд постоянно получал выгодные заказы в Касселе.

Добрые отношения со двором в Касселе связывали многих придворных банкиров, например христианские фирмы Рюппеля и Гарнира, братьев Бетманов, Прейе и Йордис, Гебгард и Гаук во Франкфурте. В Касселе располагалась кредитная контора Витгенштейна, в Амстердаме – фирма «Ван Нотен и Голль и К°». Но у них не было таких покровителей, как Будерус. Так, например, влиятельный дом Рюппеля и Гарнира сумел сохранить свое господствующее положение при кассельском дворе лишь до 1803 года, то есть до того времени, когда Будерус стал директором военного казначейства. Чиновники и без этого зарабатывали при каждой сделке, так как им полагался один процент от выданной суммы в качестве побочного дохода.

В 1805–1806 годах Ротшильд уже значительно опередил своих конкурентов. Когда Вильгельм, спасаясь от Наполеона, вынужден был бежать и долгие годы жил в эмиграции, главный придворный агент Ротшильд сумел добиться монопольного положения в финансировании ландграфа, конечно, не без поддержки своего покровителя, ставшего к этому времени уже тайным военным советником, – Будеруса фон Карлсгаузена. Тому удалось превзойти военного советника Лениера, друга Рюппеля и Гарнира, и стать единоличным управляющим делами. Поставив Рюппеля и Гарнира в невыгодное положение, он старался повсюду подчеркнуть бескорыстие дома Ротшильдов.

Ротшильд отправился вместе с Вильгельмом в эмиграцию. В эти годы он верой и правдой служил своему князю и особенно отличился, спасая часть гессенского состояния. Конечно, такие отношения между князем и придворным фактором благотворно влияли и на финансовые дела последнего, так как и в эмиграции Вильгельм IX оставался самым крупным капиталистом среди немецких князей. В 1808 году Ротшильд уже настолько продвинулся, что все излишние и случайные деньги курфюрста регулярно направлялись в банк дома Ротшильда.

Сотрудничество между Ротшильдами и Будерусом вылилось в конце концов в текст документа от 17 февраля 1809 года, который гласил:

«Между тайным военным советником Будерусом фон Карлсгаузеном и Торговым домом «Майер Амшель Ротшильд» во Франкфурте сегодня заключено следующее соглашение.

I. Будерус передал банку «Майер Амшель Ротшильд» капитал в 20 тыс. гульденов 24 флорина-фута и обещал из самых лучших побуждений содействовать Торговому дому во всех торговых делах и по возможности быть ему полезным.

II. В свою очередь, Торговый дом «Майер Амшель Ротшильд» обещает добросовестно отчислять Будерусу прибыль от торговых операций, причитающуюся на вложенный капитал в 20 тыс. гульденов, и разрешает ему в любое время проверку всех книг для большей убедительности в правильности расчетов».

Таким образом Будерус стал вкладчиком дома Ротшильда, поэтому был лично заинтересован в том, чтобы Майер Амшель получил монополию на ведение финансовых дел курфюрста.

Этот договор, единственный в своем роде в истории немецкого института придворных факторов, соответствовал интересам всех его участников. Капитал земельного князя продолжал увеличиваться, незаметный придворный служащий стал богатым человеком, а франкфуртский банкир и коммерсант заложил основу процветания своей фирмы. Было бы не правильно оценивать этот договор с точки зрения современной морали. По представлениям того времени, в обычае преподносить подарки и принимать их не было ничего оскорбительного, и, как можно заключить из сохранившихся мемуаров, так было принято и в XIX веке.

Когда Майер Амшель стал стареть и болеть, в деловых поездках его часто заменяли сыновья. Тайны всех деловых сделок оставались в кругу семьи. Уже в молодые годы оба старших сына были агентами военного казначейства Гессена. Но особым отличием для отца и сыновей считалось назначение Ротшильда императорским фактором при дворе Франца II за заслуги, «в качестве уплаты в рассрочку того, что я ему должен».

Ротшильд не забывал о своих корнях в гетто и своих обязанностях перед еврейской общиной. В отличие от него сыновья перешли границу «старого уклада» и буржуазной умеренности, переехали в большие европейские города – Вену, Лондон, Париж, Неаполь, расширив влияние семьи и действуя в масштабах Европы.

27 сентября 1810 года Майер Амшель основал фирму «Майер Амшель Ротшильд и сыновья», сделав своих пятерых сыновей совладельцами фирмы. В договоре был указан основной капитал в 800 тысяч флоринов, при этом 370 тысяч флоринов должны были принадлежать отцу, сыновьям Амшелю и Соломону – по 185 тысяч, Карлу и еще несовершеннолетнему Джеймсу – по 30 тысяч. Натан, уже много лет проживающий в Лондоне, не был упомянут в договоре по деловым соображениям. На самом деле Майер взял на себя двенадцать пятидесятых частей, причитающихся Натану. Во всех делах решающий голос оставался за Майером Амшелем, так как он «с помощью Всевышнего, благодаря своему усердию, приобретенному еще в молодые годы, проницательности в делах, несмотря на преклонный возраст, продолжает неутомимо трудиться и один заложил основы процветания дела, обеспечив тем самым счастье своих детей».

Далее в договоре следовало определение, согласно которому дочери и зятья не должны добиваться разрешения просматривать книги и другие документы. Для каждого партнера был предусмотрен конвенциональный штраф в случае, если он решит обратиться в суд. Споры между братьями должны разрешаться внутри семьи во имя сохранения единства дома. В договоре были особо отмечены заслуги Майера Амшеля и сказано, что он заложил основы процветания дома. Но сегодня из различных источников хорошо известно, какое активное участие принимал в этом Будерус, во многом помогали и старшие сыновья.

Через два года, когда Майер Амшель почувствовал, что скоро умрет, он созвал весь дом и вместо прежнего составил новое завещание. В нем говорилось, что свою долю в фирме, ценные бумаги и винный склад он за 190 тысяч флоринов продает сыновьям, которые станут самостоятельными владельцами фирмы. Дочери, их мужья и наследники полностью отстранялись от деятельности Торгового дома, а не только от просмотра книг. Из 190 тысяч семьдесят Майер оставил фрау Гутле, остальные деньги получили пять его дочерей. В конце завещания Майер Амшель советовал своим детям жить в согласии, любви и дружбе. Через два дня после составления завещания, 19 сентября 1812 года, Майер Амшель ушел из жизни. Вряд ли он подозревал, что заложил основу «власти мира».

Об основателе банкирского дома нет точных сведений, нет его портрета. В возрасте 25 лет Майера Амшеля изображали высоким стройным мужчиной ярко выраженного израильского типа с добродушным выражением лица. По обычаям того времени он носил парик, но, будучи евреем, не смел его пудрить. Как и у предков, у него была маленькая черная острая бородка. Несмотря на свое богатство, он не покинул гетто, оставался незаметным, терпеливым, не очень образованным евреем. Он даже плохо владел немецким языком.

В популярной литературе можно прочитать, что сыновья Майера Амшеля начинали свою деятельность будучи уже миллионерами, а внуки даже были миллиардерами, но все это сильно преувеличено. Миллионами поначалу не обладал никто из сыновей, включая и Натана, жившего в Лондоне. У них, конечно, был солидный капитал, но миллионы, которые появились уже в конце жизни, они заработали сами. Миллиардерами стали последующие поколения Ротшильдов, уже в XX веке.

Тайна успеха сыновей Майера Амшеля кроется прежде всего в строгом следовании основным принципам, которые постоянно внушал им отец.

Дипломат, публицист и задушевный друг князя Меттерниха, Фридрих фон Генц, до конца своей жизни поддерживающий дружеские отношения со всеми Ротшильдами, пытался проникнуть в тайну их успеха и пришел при этом к следующим выводам:

«Вопрос о том, как дом Ротшильдов смог за такое короткое время осуществить все, чего они в действительности достигли, без сомнения, интересовал меркантильные и политические умы. По всей видимости, на него не так трудно ответить, как это обычно думают. Кто, не останавливаясь на случайностях, способен понять, что успех во всех больших начинаниях зависит не только от выбора и использования благоприятного момента, а в большей степени еще и от строгого соблюдения однажды усвоенных главных принципов, тому сразу станет ясно, что было два основных положения, которые этот дом никогда не упускал из виду. Наряду с мудрым ведением дел и использованием выгодной конъюнктуры именно им они, главным образом, обязаны своим сегодняшним процветанием».

Первое из этих основных положений побуждало братьев всегда вести дела в постоянном содружестве. Это был завет, оставленный умирающим отцом. И даже когда над ними всходила счастливая звезда, они были полны решимости никогда не нарушать этого правила.

После смерти отца любое предложение, с какой бы стороны оно ни исходило, было предметом совместного обсуждения, любую даже самую незначительную операцию они проводили по заранее обговоренному плану, прилагая общие усилия. Прибыль всегда делили поровну.

В течение многих лет они жили далеко друг от друга: Франкфурт, Вена, Лондон, Париж, Неаполь. Но это обстоятельство не мешало их полному взаимопониманию. Даже наоборот, из этого они извлекали определенную пользу, так как всегда были информированы о положении дел в различных столицах. И каждый в своем городе мог более целесообразно подготовить дела, которые следовало осуществить всей фирмой.

Второе основное положение, которое они никогда не выпускали из поля зрения, заключалось в том, чтобы никогда не гнаться за непомерно высокой прибылью, любую операцию держать в определенных рамках и, насколько позволяют человеческая предусмотрительность и мудрость, оградить себя от случайностей. В этом основном правиле: Servare modum finemgue tenare – знать меру и никогда не терять цель из виду – заключается один из главных секретов их силы.

Немалое влияние на успех их предприятия оказали и личные моральные качества пяти братьев. Совсем не трудно создать многочисленную партию, если своим делом сумеешь заинтересовать других. Но чтобы объединить голоса всех партий и добиться их уважения, нужны не только материальные средства, но и определенные черты характера, которые не зависят от власти и богатства. Благодаря справедливости своих требований, пунктуальности действий, простоте и ясности изложения предложений и четкому их исполнению они неизменно пользовались доверием многих правительств и знатных семей Европы, что является одним из решающих факторов процветания любого банка. Сотрудничество и взаимная поддержка братьев были почти легендарными.

В XIX веке пятеро братьев выпускали государственные займы почти для всех стран, что дало дому Ротшильдов возможность превратиться в абсолютную финансовую монархию. О пяти финансистах Берне писал: «Устойчивое равновесие в Европе поддерживалось евреями. Сегодня они дают деньги одной власти, завтра – другой, всем по очереди и заботятся таким образом о всеобщем мире». Мы увидим далее, что внук придворного фактора Берне очень метко охарактеризовал положение Ротшильдов того времени.

Неоднократно возникал вопрос, почему у дома Ротшильдов не было своих филиалов в Берлине и Петербурге. В Берлине утвердились банки евреев Мендельсона и Блайхредера, не считая многочисленных мелких банков. Именно банк Блайхредера установил тесные отношения с прусским государством, с Гогенцоллернами и с князем Бисмарком. Поэтому Ротшильды решили сотрудничать с банком Блайхредера, сделав его своим представителем в Пруссии. Ведущей финансовой силой Петербурга был дом Штиглица. Когда Ротшильды попытались обосноваться там, барон Штиглиц, лично обратившись к царю, помешал открытию филиала «еврея» Ротшильда.

Без ущерба для тесных и доверительных взаимоотношений друг с другом каждый из братьев умел в своей более узкой сфере поддерживать превосходные отношения с компетентными и влиятельными членами правительства. До сих пор поражает их информационная служба, всегда вовремя оповещавшая обо всех политических и финансовых намерениях. Если братья намеревались получить крупный и прежде всего долгосрочный государственный заем или добиться монопольного положения в какой-либо определенной экономической области, то не боялись огромными взятками привлечь на свою сторону министров, партии и даже парламенты. Джеймс, работавший во Франции, пользовался этой системой с особым размахом.

Но в XIX веке пятеро братьев занимались не только финансовыми делами, не только «загребали» деньги ради денег, как говорили о них. Как и дом Оппенгейма в Кельне, они раньше других предугадали рентабельные возможности промышленной революции. В Англии, Франции, Германии и Австрии братья развили широкую экономическую деятельность, вложили свое состояние в крупные промышленные предприятия и в земельную собственность. Они считались самыми крупными землевладельцами в своих странах.

Постоянному единству пяти братьев не могло помешать и то обстоятельство, что различные политические течения последующих десятилетий оказали влияние на их убеждения. Англия и Франция, так называемые западные державы, проводили либеральную политику, поэтому и предпринимательская деятельность братьев Натана и Джеймса по отношению к правительству была более свободной, раскованной. Амшель во Франкфурте и Соломон в Вене, как и их приемники, оставались тесно связанными с правящими династиями, были настроены консервативно и поддерживали более близкие отношения с аристократическими кругами своих стран. Карл Майер в Неаполе, будучи евреем-финансистом, имел даже связи с Ватиканом и за предоставленные займы был награжден высшими орденами папства. Именно консервативная держава Австрия возвела братьев Ротшильдов в дворянство и впоследствии каждому присвоила звание имперского барона.

Ротшильд настойчиво добивался для себя и своих сыновей титула императорского придворного фактора. 28 августа 1799 года Майер Амшель из Франкфурта направил в Вену просьбу, указывая в ней, что во время войны против Франции он осуществлял значительные поставки, и упоминая другие свои заслуги. В ответ на нее Майер Амшель Ротшильд и его сыновья, Амшель Майер и Соломон Майер, получили патент императорских придворных факторов от 7 марта, 8 марта и 4 мая 1800 года. Каждому был выдан отдельный патент, что вызывает удивление, поскольку отец и сыновья должны были получить этот титул в одном документе.

Когда милостью Наполеона было образовано Великое герцогство Франкфурт, Ротшильды стали финансистами нового князя Дальберга. За финансовую поддержку контингента войск Франкфурта, сражавшегося на стороне Франции в Испании в 1810 году, Мейер Амшель был назначен советником департамента.

Амшель Майер Ротшильд был также действительным придворным фактором князя Карла Фридриха Людвига Морица фон Изенбург-Бюдингена с 15 июля 1803 года, а 29 декабря этого же года он стал придворным фактором магистра ордена иоаннитов, 4 января 1804 года был назначен к князю Турн и Таксис.

Насколько сильно Ротшильды стремились стать придворными банкирами, свидетельствует их положение в доме князя Изенбург-Бирштейна, где главным финансистом был советник казначейства Вольф Брайденбах. Ротшильд работал вместе с ним. Его сын Амшель 29 августа 1803 года стал придворным фактором в Изенбург-Бирштейне. В качестве вознаграждения он должен был довольствоваться бесплатной доставкой дров на его квартиру во Франкфурте. 7 ноября 1803 года князь отдал распоряжение доставлять дрова вновь назначенному придворному фактору в течение всего года. Ротшильд же, в свою очередь, предоставил обремененному долгами дому Бирштейна ссуду в 50 тысяч гульденов. Для маленькой страны это была очень большая сумма. В этом деле Брайденбах был посредником. Он и выплатил причитающиеся проценты своему франкфуртскому коллеге. И в последующие годы Ротшильд и сыновья работали при дворе Изенбург-Бирштейна.

В 1815 году, будучи посредниками у лорда Веллингтона и лорда Кастлрафа, Ротшильды добивались в Париже и Лондоне субсидий для Бирштейна, чтобы таким образом оказаться поближе к их деньгам. Но здесь посредничество Брайденбаха и Ротшильда оказалось безуспешным. Сам факт, что в 1803 году Ротшильды, имея к тому времени приличное состояние, довольствовались доставкой дров в качестве вознаграждения, свидетельствует в первую очередь о стремлении показать всему миру, что они находятся на княжеской службе.

В декабре 1812 года Майер Амшель Ротшильд и его сыновья стали придворными банкирами Великого герцога Франкфуртского.

Из недавно обнаруженных документов государственного архива Вюрцбурга следует, что, согласно распоряжению князя Ашафенбурга от 16 декабря 1813 года, придворным банкирам Великого герцога Франкфуртского в качестве годового вознаграждения было выдано 1 января 1813 года: 72 центнера сена, 72 мальтера овса, 10 возов соломы, 30 саженей дров. Эта оплата натурой была пожалована Ротшильду и его сыновьям пожизненно за службу на благо Великому герцогству. В 1813 году им также прислали продукты из винного погребка Ашафенбурга.

Позже, когда в ходе политических изменений княжество Ашафенбург было присоединено к короне Баварии, Ротшильды попросили сохранить за ними эту оплату, ссылаясь на то, что они самоотверженно служили Франкфурту, а следовательно, и Ашафенбургу, с готовностью предоставляя значительные ссуды: «В то время, когда казна оказывалась полностью опустошенной и государство испытывало большие затруднения, никто не решился предложить такую ссуду. Никаких денег до сих пор не поступило, поэтому подобную оплату натурой можно было бы рассматривать как причитающееся нам возмещение убытков, которые мы понесли, отдав взаймы солидный капитал».

Из прилагаемых далее документов следует, что в 1813 году дом Ротшильда предложил князю Дальбергу ссуду в 200 тысяч флоринов для покрытия расходов по денежному довольствию армии. Великий герцог принял эти деньги и в знак благодарности велел кроме дров поставлять еще и корм для лошадей. Все старания Ротшильдов и далее получать оплату натурой, но теперь уже от Баварии как наследницы Ашафенбурга, не увенчались успехом. В последующих документах слово «пожизненно» не встречается. Переговоры закончились актом от 1817 года. Считалось, что в это время Ротшильды уже владели миллионами, а их прошения свидетельствуют о том, что они придавали большое значение государственному жалованью.

Сотрудничество Дальберга и Ротшильда в первую очередь пошло на пользу франкфуртским единоверцам. Как и все придворные факторы, Майер Амшель своим влиянием старался облегчить судьбу иудеев. При этом Ротшильды действовали вместе с Якобом Барухом, сыном известного кельнского придворного финансиста Симона Баруха и отцом Людвига Берне. Майер Амшель снискал себе расположение Дальберга, предложив ему взаймы под 5 % 80 тысяч гульденов для поездки в Париж, где Великий герцог Франкфурта собирался присягнуть на верность новому королю Рима. Из чувства неприязни к Наполеону коммерческий мир Франкфурта отказал ему в этой сумме. «Благодаря этой услуге он добился полного доверия Великого герцога и сумел так воспользоваться этой милостью, что с тех пор герцог ни в чем не отказывал Ротшильдам», – так было написано в одном из сообщений французов.

Ротшильды хорошо ладили и с господином фон Итцштайном, начальником полиции Великого герцогства. Итцштайн был покровителем Майера Амшеля и всех евреев Франкфурта. Хотя Дальберг и издал новый указ с некоторыми льготами для 500 семей Франкфурта, это не удовлетворяющее евреев решение было отклонено влиятельным тайным советником Израелем Якобсоном, страстным борцом за эмансипацию евреев.

Майеру Амшелю и его единоверцу Гумпрехту удалось уговорить Дальберга освободить евреев от ежегодной уплаты налога в 22 тысячи флоринов и дать им гражданские права, чтобы уравнять их с христианами. В качестве платы за это Дальберг потребовал единовременный взнос в двадцатикратном размере. Майер Амшель дал своим единоверцам 100 тысяч флоринов, почти четверть суммы. Кроме этого он добился, чтобы из этих 440 тысяч флоринов наличными было выплачено 150, а остальные – 24 облигациями «au porteur» (на предъявителя). Этой сделкой остался недоволен сенат, враждебно настроенный по отношению к евреям. Аристократическая верхушка города считала, что Дальберг получил «подарок». Один из агентов австрийской полиции якобы заявлял, что Великий герцог получил за эмансипацию 33 тысячи каролинок. Дальберг так обрадовался «искусно завершенному дельцу», что одарил министров, заключавших сделку, и их жен по 40 тысяч франков каждого. Тайный советник Итцштайн получил 10 тысяч франков, дом Ротшильда – такую же сумму «за доброе содействие». 50 тысяч Дальберг оставил «в руках дома Ротшильда, в качестве уплаты в рассрочку того, что я ему должен».

Из пяти братьев блестящим даром финансиста обладал третий, Натан. Он больше всех способствовал процветанию и повышению авторитета дома Ротшильдов. Благодаря служебному рвению, проявленному во время наполеоновских войн, он сумел приобрести полное доверие английских политических деятелей и пользовался им на протяжении всех пятидесяти лет своей деятельности. Как его отец Майер Амшель полвека верой и правдой служил гессенскому курфюрсту, так и Натан в Лондоне постоянно сотрудничал с Джоном Чарлзом Гаррисом, который вначале был личным секретарем английского канцлера казначейства, потом начальником по снабжению союзников и британских войск, сражавшихся на континенте, а в конце концов и канцлером казначейства.

В 1798 году Натан переехал в Англию, где, будучи агентом своего отца, скупал в Манчестере изделия фабрик, став, таким образом, коммерсантом, полезным для дома Ротшильдов. Позже Натан рассказывал одному из гостей о своих начинаниях:

«Во Франкфурте было слишком мало места для всех нас. Я вел дела с английскими товарами. Как-то приехал один англичанин, полностью владевший рынком. Он строил из себя великого человека и вел себя так, как будто оказывал нам милость, продавая нам свои товары. Я как-то обидел его, и он отказался показывать мне свои образцы. Это случилось во вторник. Тогда я сказал отцу: «Я сам поеду в Англию!» Я говорил только по-немецки, но это ничего для меня не значило. В четверг я уже уехал. Чем ближе была Англия, тем дешевле становились английские товары. Прибыв в Манчестер, я истратил все свои наличные на покупки. Все было очень дешево, и я получил большую прибыль. Вскоре я понял, что из этого предприятия можно извлечь тройную пользу: заработать на сырье, окраске и на собственном изготовлении. Фабриканту я сказал: «Я поставлю тебе сырье и краску, а ты мне – готовый товар». Таким образом, я получил тройную прибыль и стал продавать дешевле других».

За короткое время Натан Ротшильд получил с 20 тысяч фунтов стерлингов 60 тысяч фунтов, двойную прибыль. Для достижения успеха он использовал только один принцип: «Что могут другие, то и я смогу». «Так я достиг уровня того англичанина с образцами и многих других. У меня было еще одно преимущество: коммерсантом я стал экспромтом, без всякой подготовки. Я все брал с собой и на месте заключал договор», – вспоминал он позже.

В 1803 году Натан переехал в Лондон, а в 1803 или 1804 году основал там по сей день существующий банк «Натан Майер Ротшильд и сыновья». В 1812 году Джеймс создал в Париже фирму «De Rothschild Freres» («Братья Ротшильды»). В 1816-м Соломон открыл в Вене банкирский дом «С. М. фон Ротшильд», в 1820-м Карл Майер фон Ротшильд стал главой филиала в Неаполе. Родовой дом во Франкфурте вел Амшель Майер фон Ротшильд. Эти пять братьев Ротшильдов, как их называли «пять франкфуртцев» руководили всеми банками как единым совместным предприятием. Их содружество, прежде всего, уменьшало риск, возможный при крупных государственных займах. Так называемые пул-договоры {1} обеспечивали общность интересов. Каждые три-пять лет братья встречались на собрании общества. Эти «пять пальцев одной руки» сумели до конца XVIII века пользоваться определенной международной привилегией на эмиссию крупных государственных займов.

Самые крупные финансовые операции проводились в период между восхождением Наполеона I и свержением Наполеона III. До самой своей смерти Натан, живущий в Лондоне, был основной движущей и направляющей силой всех этих операций. Его успех в Англии тесно связан с курфюрстом Гессена, который в 1809 году установил связь с Натаном через Будеруса. В феврале 1809 года Натан получил заказ скупить трехпроцентный английский аннуитет {2} по курсу 73,5 % на 150 тысяч фунтов стерлингов. Так как фунт равнялся 11 флоринам, Будерус должен был выплатить Ротшильду 1 миллион 212 тысяч 750 флоринов.

В декабре курфюрст решил приобрести капитал в английских акциях на сумму 150 тысяч фунтов на тех же условиях. Курфюрст был доволен, что сумел надежно вложить свои излишки, составлявшие ежегодно по меньшей мере 750 тысяч флоринов. В сентябре 1810 года последовал новый договор на приобретение английских акций на 150 тысяч фунтов по курсу 74 %. Когда Ротшильд снизил цены до 73 %, капитал повысился до 250 тысяч фунтов. Таким образом, в 1809–1810 годах Натану Ротшильду поручили скупить трехпроцентный аннуитет на 550 тысяч фунтов. Покупная цена курфюрста составила 3 миллиона 240 тысяч 875 флоринов. Эта сделка была самой выгодной из всех дел, которые вел банкирский дом Ротшильдов с курфюрстом, что способствовало быстрому продвижению филиала в Лондоне.

Приобретение аннуитетов было проведено так, что фирма «Ротшильд и сыновья» могла использовать деньги курфюрста для краткосрочных выгодных дел перед их окончательным вложением.

В эти же годы Натан в Лондоне, а Джеймс во Франции проводили крупные дела по закупке и посредничеству в обмене золота для союзников против Наполеона, поэтому справедливо будет предположить, что финансовые операции осуществлялись на миллионы курфюрста. Натан Ротшильд был вынужден служить английскому финансовому управлению. С 1808 по 1816 год союзникам на континенте из Англии были переведены многие миллионы. Только за один год эта сумма составила 11 миллионов фунтов стерлингов.

Британское правительство поручило банкирскому дому перевод денег для английской армии в Испании. Деньги нужно было контрабандой переправить через Францию. Здесь Джеймс Ротшильд проявил все свое искусство банкира. Он сумел ввести в заблуждение французские власти, представив перевод денег англичанами как проявление их слабости. Наполеон и французские ведомства даже и не пытались вникнуть в истинную суть дела. Эта акция во многом способствовала поражению Наполеона, чем Натан по праву гордился: «Когда я открыл торговлю в Лондоне, компания из Восточной Индии продала золото на 800 тысяч фунтов стерлингов. Я скупил все, так как знал, что золото нужно герцогу Веллингтону. Я по низкой цене приобрел большое количество его векселей. Меня вызвали в правительство и заявили, что это золото им нужно, но они не знали, как его можно доставить через Португалию в Испанию. Я взялся за это дело и переправил деньги через Францию. Это было самое удачное из всех моих предприятий».

Это действительно было одно из самых смелых дел Ротшильдов. Натан и Джеймс так удачно провели трансферт через Францию, что с тех пор английское правительство стало доверять Натану самые крупные финансовые операции. Так, например, по поручению правительства он купил в Париже вексель на 200 тысяч фунтов, что было необходимо для финансирования возвращения Людовика XVIII на французский трон.

После свержения Наполеона с престола аппарат Ротшильдов осуществил трансферт в 120 миллионов фунтов французской репарации из Парижа в Лондон, Вену и Берлин. Капиталов банков Ротшильдов было достаточно, чтобы предлагать такие миллионные суммы. Ни одна банковская фирма континента не могла провести подобную финансовую операцию, не говоря уже о крупных займах.

В 1904 году, в год юбилея Лондонской фирмы, был опубликован каталог займов с 1804 по 1904 год. Насколько он был полным, осталось не выясненным, как и то, были ли это займы всех пяти домов, но предполагают, что у Ротшильдов были дела, о которых их потомки так и не узнали. Но даже в этих займах прекрасно отражается политика XIX века. Приведенные данные полностью опровергают утверждение о том, что Ротшильды не занимались политикой и их интересовали только деньги. Известно, что заемная политика дома Ротшильдов во время кризисов 1830 и 1840 годов предотвратила войну в Европе, а в 1866-м они не дали денег ни Пруссии, ни Австрии. Их финансовые операции после 1815 года были далеки от всяких войн. Но полностью прекратить кровавые бойни в мире было не под силу даже финансовому могуществу дома Ротшильдов.

Предложив в 1824 году заем Бразилии, Ротшильды вышли за пределы Европы. До конца XIX века Бразильская империя оставалась в финансовом отношении доменом Ротшильдов.

Заем, предоставленный Греции в 1832 году под гарантии Англии, Франции и России, дал Афинам возможность образовать независимую монархию.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

РОТШИЛЬДЫ • Большая российская энциклопедия

  • В книжной версии

    Том 28. Москва, 2015, стр. 714-715

  • Скопировать библиографическую ссылку:


Авторы: А. Ю. Прокопов

РО́ТШИЛЬДЫ (нем. ед. ч. Rothschild), ди­на­стия евр. бан­ки­ров, по­ли­ти­ков и фи­лан­тро­пов. Ро­до­на­чаль­ник ди­на­стии – фи­нан­сист и тор­го­вец Май­ер (Ме­ир) Ам­шель Рот­шильд (1744–1812). Его сы­но­вья от­кры­ли бан­кир­ские до­ма: На­тан Май­ер (1777–1836) в Лон­до­не (1804), Яков Майер (1792–1868) в Па­ри­же (1811), Ан­сельм Май­ер (1773–1855) во Франк­фур­те-на-Май­не (1812), Со­ло­мон Май­ер (1774–1855) и Карл Май­ер (1788–1855) со­от­вет­ст­вен­но в Ве­не и Не­апо­ле (1820-е гг.; не­апо­ли­тан­ский банк за­крыл­ся по­сле объ­е­ди­не­ния Ита­лии в 1861). В пе­ри­од на­по­ле­о­нов­ских войн бан­ки Р., тес­но свя­зан­ные друг с дру­гом, ак­тив­но фи­нан­си­ро­ва­ли вра­ж­до­вав­шие стра­ны, ве­ли ле­галь­ную и кон­тра­банд­ную тор­гов­лю, осу­ще­ст­в­ля­ли де­неж­ные пе­ре­во­ды ме­ж­ду Ве­ли­ко­бри­та­ни­ей и кон­ти­нен­таль­ной Ев­ро­пой, име­ли до­ли ка­пи­та­лов в разл. стра­хо­вых и пром. ком­па­ни­ях и вско­ре за­ня­ли ве­ду­щие по­зи­ции в фи­нан­со­вом ми­ре. По окон­ча­нии войн бан­ки Р. пре­дос­тав­ля­ли зай­мы ча­ст­ным ли­цам и пра­ви­тель­ст­вам (Ве­ли­ко­бри­та­нии, Фран­ции, Прус­сии, Рос­сии и др.). В 1816–22 все пять брать­ев Р. по­лу­чи­ли дво­рян­ские ти­ту­лы в стра­нах сво­его про­жи­ва­ния. В ус­ло­ви­ях про­мыш­лен­ной ре­во­лю­ции Р. ак­тив­но вкла­ды­ва­ли день­ги в ж.-д. строи­тель­ст­во, до­бы­чу уг­ля, ме­тал­лур­гию. Во 2-й пол. 19 в. они су­ме­ли до­бить­ся так­же ус­пе­ха в тор­гов­ле неф­тью и цвет­ны­ми ме­тал­ла­ми. В этот же пе­ри­од они ста­ли ак­тив­но за­клю­чать бра­ки с пред­ста­ви­те­ля­ми ев­роп. ари­сто­кра­тич. се­мей.

К нач. 20 в. под на­тис­ком кон­ку­рен­тов по­зи­ции Р. в Центр. и Юж. Ев­ро­пе ос­ла­бе­ли. В 1901 пре­кра­тил дея­тель­ность франк­фурт­ский банк (в 1989 во­зоб­но­вил ра­бо­ту). В 1931 в ре­зуль­та­те кра­ха круп­ней­ше­го бан­ка Ав­ст­рии «Cre­ditanstalt», кон­тро­ли­ро­вав­ше­го­ся Р., их влия­ние в этой стра­не за­мет­но сни­зи­лось; в по­сле­дую­щем иму­ще­ст­во Р. бы­ло кон­фи­ско­ва­но на­цис­та­ми (час­тич­но воз­вра­ще­но Р. австр. пра­ви­тель­ст­вом в 1999).

По­зи­ции брит. Р. и франц. Р. в этот пе­ри­од про­дол­жа­ли ук­ре­п­лять­ся во мно­гом бла­го­да­ря зай­мам, ко­то­рые они вы­да­ва­ли ев­роп. пра­ви­тель­ст­вам. В 1875 при под­держ­ке Р. пра­ви­тель­ст­во Ве­ли­ко­бри­та­нии при­об­ре­ло кон­троль­ный па­кет ак­ций ком­па­нии Су­эц­ко­го ка­на­ла. Позд­нее брит. Р. ак­тив­но фи­нан­си­ро­вали ко­ло­ни­аль­ные за­хва­ты С. Род­са в Юж. Аф­ри­ке. В 20 в. они совм. с др. мо­но­по­ли­ями ус­та­но­ви­ли кон­троль над од­ним из круп­ней­ших неф­тя­ных тре­стов «Royal Dutch Shell», хи­мич. тре­стом «Imperial Chemical Industries» (ны­не в со­ста­ве «AkzoNobel»), круп­ней­шим в Ве­ли­ко­бри­та­нии во­ен.-пром. кон­цер­ном «Vickers» (ны­не в со­ста­ве хол­дин­го­вой ком­па­нии «Rolls-Royce»), ком­па­ни­ей мор. стра­хо­ва­ния «Lloyd’s» и др. Совм. с франц. Р. они кон­тро­ли­ро­ва­ли круп­ней­шие же­лез­ные до­ро­ги Фран­ции, Бель­гии, Ис­па­нии, свин­цо­вые и цин­ко­вые руд­ни­ки Ис­па­нии, ни­ке­ле­вые руд­ни­ки в Но­вой Ка­ле­до­нии, строи­тель­ные и су­до­строит. ком­па­нии, уча­ст­во­ва­ли в управ­ле­нии ря­дом хи­мич. кон­цер­нов. Во 2-й пол. 20 в. ор­га­ни­зац. ядром ме­ж­ду­нар. им­пе­рии Р. ста­ли Banque Roth­schild и хол­дин­го­вая ком­па­ния «Société d’investissement du Nord». Серь­ёз­ный удар по франц. Р. на­нес­ла на­цио­на­ли­за­ция Banque Rothschild в период пре­зидентства Ф. Мит­те­ра­на в 1981. Од­на­ко соз­дан­ный вме­сто не­го в 1984 Paris Orléans Banque (ны­не Rothschild & Cie Banque) и се­го­дня иг­ра­ет важ­ную роль в управ­ле­нии биз­не­сом Р. во всей кон­ти­нен­таль­ной Ев­ро­пе. В нач. 21 в. в разл. стра­нах ми­ра Р. при­над­ле­жат, по­ми­мо на­зван­ных, де­сят­ки бан­ков, ин­ве­сти­ци­он­ных, хол­дин­го­вых и др. ком­па­ний. Сре­ди них «N. M. Rothschild & Son», «Rothschild», хол­дин­го­вая ком­па­ния «Con­cor­dia», стра­хо­вой фонд «Afficus Ca­pital», стра­хо­вая груп­па RSA, ал­маз­ная кор­по­ра­ция «De Beers», ме­тал­лур­гич. ком­па­нии «Eramet» и «Imerys», «JNR», гор­но­до­бы­ваю­щая ком­па­ния «Rio Tin­to», энер­ге­тич. ком­па­ния «Van­co Inter­na­tional Limited», «Com­pagnie Finan­cière Edmond de Rothschild», «RIT Capital Partners», «St. James’ Place Ca­pi­tal», Banque privée Edmond de Ro­th­schild, «La Compagnie Benjamin de Roth­schild» и многие др. Р. име­ют до­ли в ком­па­ни­ях «Glencore» и «Rusal», уча­ст­ву­ют в управ­ле­нии не­дви­жи­мо­стью, ви­но­де­ли­ем, иг­ра­ют важ­ную роль на ми­ро­вом рын­ке тор­гов­ли зо­ло­том. Счи­та­ет­ся, что Р. ока­зы­ва­ют влия­ние на дея­тель­ность бан­ка «Barclays», к ко­то­ро­му фор­маль­но от­но­ше­ния не име­ют. Зна­чит. ин­те­рес Р. про­яв­ля­ют к из­да­тель­ско­му де­лу и СМИ. Под их кон­тро­лем на­хо­дят­ся па­риж­ское изд-во «Presses de la Cité», франц. газ. «Ли­бе­рась­он», бри­тан­ские ж. «Эко­но­мист» и газ. «Дей­ли те­ле­граф».

Р. все­гда ак­тив­но уча­ст­во­ва­ли в по­ли­тич. жиз­ни, име­ли тес­ные свя­зи с ру­ко­во­дством разл. го­су­дарств. Во Фран­ции ге­не­раль­ным ди­рек­то­ром Banque Roth­schild в 1956–62 был бу­ду­щий пре­зи­дент Ж. Пом­пи­ду; в Великобритании тесные связи с компаниями, конт­ро­ли­руемыми Р. («Rio Tinto» и др.), под­держивал видный гос. деятель А. Иден. В Ве­ли­ко­бри­та­нии пред­ста­ви­те­ли Р. с сер. 19 в. не­од­но­крат­но из­би­ра­лись в пар­ла­мент. Влия­тель­ны­ми брит. по­ли­ти­ка­ми бы­ли Лай­о­нел Р. (1808–79), На­тан Мей­ер Р. (1840–1915; пер­вый пэр иу­дей­ско­го ве­ро­ис­по­ве­да­ния в Ве­ли­ко­бри­та­нии), Лай­о­нел Уол­тер Р. (1868–1937; имен­но ему ад­ре­со­ва­на Баль­фу­ра дек­ла­ра­ция 1917) и др. Р. сыг­ра­ли боль­шую роль в за­щи­те прав ев­ре­ев и раз­ви­тии сио­ни­ст­ско­го дви­же­ния (хо­тя не все пред­ста­ви­те­ли ди­на­стии его под­дер­жи­ва­ли). В нач. 19 в. Со­ло­мон Май­ер Р. за­ру­чил­ся под­держ­кой К. Мет­тер­ни­ха, фи­нан­со­вым со­вет­ни­ком ко­то­ро­го яв­лял­ся, в де­ле об­лег­че­ния по­ло­же­ния ев­ре­ев в Ев­ро­пе. Ан­то­ни де Р. (1810–1876) в 1870 за­нял пост пре­зи­ден­та объ­е­ди­нён­ной си­на­го­ги в Лон­до­не и пре­зи­ден­та Евр. сво­бод­ной шко­лы в Спи­тал­филдс. Эд­монд Джеймс Р. (1845–1934) вы­де­лил в нач. 20 в. 70 млн. золо­тых фран­ков для соз­да­ния евр. по­се­ле­ний в Па­ле­сти­не, па­тро­ни­ро­вал пер­вое та­кое по­се­ле­ние в Ри­шон-ле-Цио­не, в 1924 ос­но­вал Па­ле­стин­скую евр. ко­ло­ни­за­ци­он­ную ас­со­циа­цию. Р. в разл. фор­ме по­мо­га­ли и по­мо­га­ют Из­раи­лю. Джеймс А. де Р. (1878–1957) оп­ла­тил строи­тель­ст­во зда­ния Кнес­се­та, До­ро­ти де Р. (1895–1988) – зда­ния Вер­хов­но­го су­да Из­раи­ля. На сред­ст­ва Фон­да Р., соз­дан­но­го в 1957 До­ро­ти де Р., в Из­раи­ле соз­да­но учеб­ное те­ле­ви­де­ние, ос­но­ван От­кры­тый ун-т, Ин-т пер­спек­тив­ных ис­сле­до­ва­ний и Центр об­ра­зо­ва­ния для взрос­лых в Евр. ун-те, в Ие­ру­са­ли­ме по­стро­ен Муз. центр.

Р. ак­тив­но за­ни­ма­ют­ся ме­це­нат­ской дея­тель­но­стью. На этом по­при­ще осо­бен­но вы­де­ля­лись: Альф­ред Чарльз Р. (1842–1918), гла­ва Bank of England в 1868–90 и по­пе­чи­тель Нац. га­ле­реи в Лон­до­не; Лай­о­нел Уол­тер Р., чл. Ко­ро­лев­ско­го об-ва (1911) и по­пе­чи­тель Бри­тан­ско­го му­зея; Ан­ри де Р. (1872–1947), д-р ме­ди­ци­ны и фи­лан­троп.

Р., имею­щие ги­гант­ское лич­ное со­стоя­ние (раз­мер не под­счи­тан), офи­ци­аль­но кон­тро­ли­рую­щие ак­ти­вы в сот­ни млрд. долл. и об­ла­даю­щие ог­ром­ным ве­сом в ми­ро­вой эко­но­ми­ке и ме­ж­ду­нар. фи­нан­со­вой сфе­ре, час­то ста­но­вят­ся центр. фи­гу­ра­ми разл. ро­да кон­спи­ро­ло­гич. тео­рий. Им при­пи­сы­ва­ет­ся важ­ная роль в фор­ми­ро­ва­нии ми­ро­вой по­ли­ти­ки и управ­ле­нии го­су­дар­ст­ва­ми. Боль­шин­ст­во ис­сле­до­ва­те­лей эти тео­рии не под­дер­жи­ва­ет.

Два главных семейных секрета банкирского клана Ротшильдов

Банкирский клан Ротшильдов из поколения в поколение передавал два главных семейных секрета — как делать деньги и как не распылять их из семьи.

Могли ли скромные торговцы из франкфуртского гетто мечтать о том, что их потомков станут величать “королями кредиторов и кредиторами королей”! Их предки, носившие фамилию Хан, перебрались во Франкфурт, центр европейской торговли, еще в XVI веке. Семья занимала дом с красной вывеской (по-немецки — Rot Schild) — так Ханы стали Ротшильдами.

Фактор роста

Вопреки желанию родителей, в мечтах видевших сына раввином, Майер Амшель Ротшильд (1744-1812) сообразил, что лучший путь зарабатывать деньги — это их делать, и поступил на работу в ганноверский банк Оппенгеймеров. К середине XVIII века это семейство держало в своих руках финансы многочисленных княжеских дворов Германии. Каждый из мелких “корольков” стремился не ударить в грязь лицом и потому постоянно нуждался в деньгах. Честолюбец Ротшильд твердо решил, что тоже станет придворным фактором (так тогда называли финансистов) — кредитором королей.

Его план осуществился, но не сразу. Смерть отца и резко ухудшившееся финансовое положение семьи потребовали срочного возвращения во Франкфурт, где Майер начал свое первое самостоятельное дело. Будущая могущественная финансовая империя родилась на… городской свалке! Там Ротшильд откопал настоящее богатство — выброшенные за ненадобностью старые монеты и медали. Как успел разведать молодой предприниматель, многие аристократы-коллекционеры готовы платить за это “старье” неплохие деньги. Вскоре товар антикварной лавки Майера Ротшильда пользовался спросом не только в городе, но и далеко за его пределами.

В 1765 году среди VIP-клиентов торговца-нумизмата появилась первая коронованная особа — принц Вильгельм, будущий курфюрст княжества Гессен-Ганау и один из богатейших людей Европы. Он не скупился, оплачивая товар Ротшильда. Однако самые ценные экспонаты собственной коллекции Майер не продал, а подарил венценосному клиенту! “Инвестиции во власть” обернулись долгожданными дивидендами — Майер Ротшильд получил право написать на своей вывеске заветные слова: “Поставщик двора Его Величества”.

Став придворным фактором княжеского дома Гессен-Ганау, Ротшильд вскоре получил очень широкие полномочия. Вильгельм и сам обладал недюжинной коммерческой жилкой и превратил в своих должников более половины государей Европы, среди которых было полно его родственников. Выбивать долги курфюрст поручал Ротшильду, действовавшему как бы от своего имени. Фактор прекрасно справлялся с деликатными поручениями, завоевав полное доверие своего работодателя. И когда курфюрсту пришлось спешно покидать родное княжество перед приходом наполеоновских войск, все свое огромное состояние в десятки миллионов гульденов правитель отдал на хранение своему банкиру. Ротшильд догадался пустить эти деньги в рост, устроив небывалую для того времени раздачу государственных займов. Впоследствии наследники Вильгельма получили всю оставленную отцом сумму сполна — до последнего гульдена. Ротшильд мог себе позволить подобную щепетильность — немалые проценты за ссуды он оставил себе.

Кредиторы князей и пап

Своих пятерых сыновей Майер Ротшильд, отойдя в мир иной, тоже не обидел. К тому времени отделения дома Ротшильда открылись в четырех финансовых столицах Европы: Вене, Лондоне, Париже и Неаполе. И во главе каждого из банков стоял один из сыновей отца-основателя финансовой империи — соответственно, Соломон Майер, Натан Майер, Кальман (Карл) Майер и Якоб (Джеймс) Майер. Старший сын Амшель Майер Ротшильд (1773-1855) руководил всем этим хозяйством из родного Франкфурта.

Соломон в Вене столкнулся с куда более суровыми законами, касавшимися евреев, чем в родном Франкфурте. Однако верный заветам отца, он первым делом заручился поддержкой некоронованного правителя страны — могущественного канцлера князя Меттерниха. И уже с его помощью “раскрутил” венский филиал семейного дела — банк S.M. von Rothschild.

Титулом и дворянским гербом для себя и своих братьев Соломон был также обязан Меттерниху. В Австрии евреям в лучшем случае светила лишь низшая ступень дворянства. Но тут князю Меттерниху в очередной раз потребовались деньги, и Ротшильды с подачи Соломона немедленно выдали ему заем в миллион золотом под смехотворный процент. Спустя пять дней подоспел указ императора о присвоении братьям баронского титула и герба — как заказывали.

В 1843 году Соломон фон Ротшильд стал первым в истории евреем, удостоенным почетного гражданства империи Габсбургов. И первая железная дорога, и в значительной степени вся австрийская экономика были “построены” на деньги Ротшильда. На них же существовали больницы, институты и музеи, разбросанные по всей империи. После падения Меттерниха и последовавших за тем революций Соломон оставил банк на попечение сына Амшеля Соломона и умер.

Глава неаполитанского банка Карл Майер Ротшильд (1788-1855) попал в Италию после того, как в 1821 году австрийцы оккупировали Неаполитанское королевство. Благодаря венским связям своего брата Карл основал банк C. M. Rothschild & Figli и быстро превратился в личного банкира римских пап, королей Сицилии и многочисленных итальянских князей. После Карла осталось четверо детей: дочь Шарлотта, вышедшая замуж за близкого родственника — кузена Лионеля де Ротшильда, и трое сыновей — Майер Карл, Адольф Карл, Вильгельм Карл и Ансельм Александр Карл. В 1855 году трое оставшихся в живых сыновей (младший умер в 1854 году) разделились — Майер и Вильгельм возглавили франкфуртский банк Амшеля Майера Ротшильда, умершего бездетным, а Адольф остался в Неаполе.

После того, как революционные войска Гарибальди взяли в 1860 году Неаполь, Адольфу Ротшильду пришлось покинуть город — связи банкира с оккупантами-австрияками ни для кого не были секретом. Он попытался найти пристанище при дворе другого изгнанника — короля Обеих Сицилий Франциска II Бурбона, однако финансировать свергнутого монарха в планы дядей Адольфа в Лондоне, Париже и Вене не входило. И в 1836 году неаполитанский банк был закрыт.

Кто победил при Ватерлоо

“Английский” Ротшильд Натан Майер (1777-1836) начал с того, что скупил британские ценные бумаги у курфюрста-изгнанника Вильгельма, о котором речь шла выше. После этого Натан занимался торговлей шерстью и биржевыми спекуляциями, а затем удачно воспользовался войной с Наполеоном. После установления последним экономической блокады Англии банкир инвестировал все прибыли от биржевых спекуляций в нелегальную контрабанду британских товаров на континент. Можно сказать, что первой в мире разветвленной дилерской системой стали контрабандисты Натана Ротшильда. Они перехитрили даже образцовые спецслужбы Наполеона, возглавляемые легендарным Жозефом Фуше. Задача стояла следующая — любым способом переправить английское золото через Францию в Португалию, где французы обложили со всех сторон армию герцога Веллингтона. Натан придумал, как это сделать руками самих французов! Потребовались всего-то пара писем, адресованных в парижский банк Ротшильдов. В них Натан жаловался перебравшемуся во Францию младшему брату Джеймсу (о нем еще пойдет речь ниже), что английское правительство якобы всячески препятствует отправке через их банк золотых слитков Веллингтону — из опасений, что это, мол, “ослабит золотовалютные резервы казны”. Расчет был на любовь тайной полиции Фуше к перлюстрации чужих писем. И запущенная дезинформация сработала на все сто. Поверив Ротшильду, правительство Наполеона сделало все возможное, чтобы золото поскорее оказалось у Веллингтона.

После себя лондонский банкир оставил трех дочерей и трех сыновей, старший из которых, уже упоминавшийся Лионель Натан де Ротшильд (1808-1879), возглавил семейное дело. За годы его руководства лондонский банк в 1875 году финансировал правительство Ее Величества для приобретения контрольного пакета акций Суэцкого канала, а также инвестировал вместе с парижским банком в строительство железных дорог во Франции. А сын Лионеля Натана, Альфред де Ротшильд (1824-1918), в течение двадцати лет возглавлял Bank of England и представлял правительство Великобритании на Международной финансовой конференции в Брюсселе в 1892 году. При Альфреде де Ротшильде лондонский банк инвестировал в африканскую империю Сесила Родса — основателя знаменитой алмазной монополии De Beers.

Коктейль из нефти с вином

После ухода на пенсию тогдашнего главы лондонского банка — сэра Ивлина де Ротшильда, произошло слияние лондонской и парижской ветвей семейного древа. Новый банк возглавил Давид Рене де Ротшильд — потомок основателя парижского банка Джеймса Майера де Ротшильда (1792-1868). Младший из пяти сыновей Майера Амшеля Ротшильда на первых порах помогал брату Натану в Лондоне, после чего перебрался в Париж. Вернувшиеся на трон Бурбоны к тому же отчаянно нуждались в деньгах. Джеймс щедро раздавал королевской семье миллионные кредиты, свято помня завет отца: никогда не скупиться, инвестируя во власть. Спустя четверть века барон Джеймс де Ротшильд был Генеральным консулом Австрийской империи во Франции и кавалером Ордена Почетного легиона. Джеймс де Ротшильд ушел из жизни самым богатым членом семейства — его личное состояние за годы руководства банком выросло с $105 тыс. до $10 млн.

Он финансировал строительство железных дорог, горнодобывающую промышленность, импорт чая и развитие виноделия. В конце XIX века парижский банк Ротшильда был одним из главных игроков на закавказском нефтяном рынке. Лишь в начале ХХ века Ротшильдов вытеснили из Баку англо-голландская Royal Dutch/Shell и “русские” Нобели.

Меломан и знаток искусств и литературы, барон поддерживал Россини, Шопена (посвятившего своему спонсору один из вальсов), Бальзака, Гейне, Делакруа и Энгра. Перу последнего принадлежит знаменитый портрет супруги барона (и по совместительству племянницы) Бетти. А дворец Ротшильдов на углу улицы Риволи и площади Согласия (c 1950 года там разместилось американское консульство) был знаменит на весь Париж пирами. Их давал личный повар барона, легендарный Антуан Карем, до того готовивший Талейрану, Наполеону, английскому королю Георгу IV и русскому императору Александру I… Именно Джеймс де Ротшильд купил в Бордо замок, в котором начал производить вино, ныне не нуждающееся в рекомендациях: Château Lafite Rothschild. После смерти “парижского” Ротшильда все его наследство (банк, акции предприятий, замки, дворцы, виноградники, художественные коллекции) перешло к дочери и четырем сыновьям. Возглавили финансовую империю два старших — Альфонс и Гюстав.

Денежное древо

На протяжении полутора веков фамилия Ротшильд была синонимом не просто денег, а очень больших денег. Однако в последние сто лет финансовое могущество банкирского клана существенно ослабло.

Закат Ротшильдов начался в конце XIX века, когда в большинстве стран появилась собственная налоговая система, и наднациональная финансовая империя затрещала по швам. А после Первой мировой войны распались главные вотчины Ротшильдов — британская и французская колониальные империи, что повлекло за собой национализацию многих отраслей, включая финансовые институты. И выстроенная Майером Амшелем Ротшильдом система “пять столиц — пять банков в руках одной семьи” перестала работать. Возможно, считают некоторые аналитики, Ротшильды упустили шанс вовремя перевести свои активы в Америку. А может просто их время ушло…

Сегодня банки Ротшильдов играют весьма скромную роль в мировой экономике, но многие члены разветвленного семейства прославились и в других областях. Некоторые Ротшильды преуспели в науке, другие прославились как коллекционеры. Так, внучка Джеймса де Ротшильда Беатрис, выйдя замуж за банкира из России Морица Эфрусси, стала владелицей виллы на Лазурном берегу, где собрала огромную коллекцию предметов искусства разных стран и эпох. И сегодня вилла Эфрусси де Ротшильд — одна из главных туристических достопримечательностей Французской Ривьеры. Популярный французский горнолыжный курорт Межев в Альпах своим развитием всецело обязан другой представительнице рода — Ноэми де Ротшильд.

На протяжении последних полутора веков Ротшильды, помнившие о своем происхождении, активно участвовали в сионистском движении и создании первых еврейских поселений в Палестине. Во время Второй мировой войны многие представители семейства были вынуждены эмигрировать из стран, оккупированных Германией, а их имущество было конфисковано. А Элизабет де Ротшильд погибла в концлагере Равенсбрюк, даже не будучи еврейкой. Ее, дочь французских аристократов-католиков, погубила фамилия мужа.


ЕВРЕЙСКИЙ БАРОН | Еврейский ОбозревательЕврейский Обозреватель

ЕВРЕЙСКИЙ БАРОН

Леонид РАЕВСКИЙ | Номер: 08/228 Декабрь 2011

Основатель династии Майер Амшель Ротшильд

Как-то герцог Монтгомери, возмущенный той легкостью и быстротой, с которой Натан Ротшильд вошел в самый высший эшелон придворной аристократии Англии, в сердцах воскликнул: «Мы уже более пяти столетий носим титул первых баронов Франции и с XIV столетия являемся первыми христианскими баронами, а вы…» «В таком случае, – развел руками Ротшильд, – мы с вами полностью равны: вы первый христианский барон во Франции, а я первый еврейский барон в Англии». Точно так же мог бы ответить и его брат Майер Амшель, живший в Германии. При этом следует заметить, что во Франкфурте, где он обитал, никогда не питали особых симпатий к евреям. Их уничтожали и громили и во время крестовых походов, и во время эпидемии чумы. Да и позже покровительствовавший евреям архиепископ не мог удержать городскую чернь от погромов. Евреев выставили за городскую черту, загнали в гетто и окружили стеной. На их домах крепили специальные вывески (шильды): сапожникам – башмак, пекарям – крендель, золотых дел мастерам – кольца. Но предки Ротшильдов не имели определенной профессии: дед был мелким торговцем, и его дом украшала простая вывеска красного цвета. Отсюда и фамилия Ротшильд – «красная вывеска». Правда, когда родоначальник династии купил в гетто большой дом, он сменил вывеску на зеленую, но фамилия сохранилась и стала легендой.

 

Банкир из гетто

Майер Амшель Ротшильд родился 23 февраля 1744 г. во Франкфурте. Ребенком он начал учебу в знаменитой иешиве в Фюрте – его отец мечтал, чтобы его сын стал раввином. Но судьба распорядилась иначе. Сперва умер отец, через год – мать. Майеру Амшелю было тогда всего 12 лет. Некоторое время он работает у родственников, а затем переезжает в Ганновер, где поступает на работу в банк Оппенгеймера – сперва разносчиком депеш, позднее мелким клерком. Постепенно прилежный и смышленый парень не только освоил тонкости банковского дела, но и стал правой рукой шефа. Как раз в то время Оппенгеймеру предложили возглавить городскую еврейскую общину, и фактическим управляющим банком стал молодой Ротшильд.

Чем не блестящая карьера? Но у парня из Франкфуртского гетто иные планы. Он возвращается во Франкфурт, который в те времена был одним из крупнейших торговых центров Европы. На промышленные выставки сюда ежегодно приезжали до 50 тыс. деловых людей. У Майера Амшеля были блестящие рекомендации, а кроме того – чутье и прекрасная репутация. Банкиры Франкфурта, Майнца и Дармштадта сперва обращаются к нему за мелкими услугами, а затем делают его своим представителем. Благодаря этому Ротшильд знакомится с Карлом Будериусом, министром финансов княжеского дома Гессен-Ханау, и входит к нему в доверие. Будериус представляет его наследному принцу Вильгельму, страстному нумизмату.

 

ДоходнаЯ  филантропиЯ

В те времена Священная Римская империя германской нации насчитывала более сотни королевств, княжеств и более мелких образований. Кроме того 41 вольный город тоже обладал правом чеканить свои монеты. Необозримое поле деятельности для нумизматов! И молодой Ротшильд знал в этом толк. Во время приема во дворце принц Вильгельм неожиданно предложил банкиру продолжить беседу за шахматной доской. Перед тем возникла огромная проблема: проиграть или свести игру к ничьей? Но он… выигрывает и с тех пор восхищенный принц начинает пользоваться услугами Ротшильда. Вначале на почве нумизматики, но с течением времени сфера сотрудничества все более расширяется. Наконец его посвящают в тайну бурного роста капитала гессенских курфюрстов. Еще предки Вильгельма открыли в Касселе детские приюты для мальчиков. Но преследовали эти заведения вовсе не филантропические цели: выросших мальчиков продавали в Англию в качестве иностранных легионеров. В 1785 г. Вильгельм IX, унаследовавший от отца гессенский трон, заключил с Англией договор о поставке 1200 рекрутов для участия в войнах на американском континенте, заработав на этой операции более 20 млн. талеров. Но, будучи опытным бизнесменом, Вильгельм IX понимает, что нельзя «держать все яйца в одной корзине». И потому его капиталами управляют несколько банковских домов. Подключают к этим операциям и Ротшильда.

Деньги монарха дают взаймы и вкладывают в развитие предприятий, что приносит неплохие проценты. А тут как раз шведам потребовались огромные кредиты, причем наличными. Вильгельм IX был готов предложить свои услуги, но его министры считали, что по политическим соображениям нельзя оказывать помощь Швеции. И тогда шведам порекомендовали Ротшильда, который от имени своего банка провел эту операцию, благодаря которой его имя стало моментально известным в европейских деловых кругах. А тем временем Вильгельм IX заключает с Англией новый договор, теперь уже на поставку партии рекрутов для войны с Францией. В этой и во множестве иных операций Ротшильд принимает самое активное участие. Постепенно Вильгельм IX становится одним из самых богатых немецких монархов, а Ротшильд – его придворным финансистом.

 

Награда за Честность

Герб баронов Ротшильд

Тем временем, как поется в песне, «стоял июль, а может май, летели с юга птицы, а в это время Бонапарт переходил границу». Вильгельм IX, помогавший Англии, был для Наполеона злейшим врагом и все его имущество подлежало конфискации. Курфюрст вынужден был бежать из страны и скрывался сперва в Силезии, а потом в Праге. Перед отъездом он успел дать Ротшильду ряд указаний, хотя и понимал безнадежность этих попыток: лишь часть денег была переведена в иностранные банки, но основной капитал, находившийся в форме наличных денег и ювелирных изделий, спасти было практически невозможно. И тем не менее Ротшильд успел через своего сына Натана передать значительную сумму наличных денег в Лондон, а все драгоценности и ювелирные изделия спрятал в винных бочках в подвале своего дома. Можно себе представить, как был поражен курфюрст, когда узнал об этом. И дело даже не в том, что Ротшильд запросто мог присвоить часть денег – ведь одному ему было известно, что конкретно удалось спасти. Подобная операция вполне могла стоить Ротшильду не только карьеры (он в то время вел финансовые дела князя Дальберга, милостью Наполеона назначенного управлять вновь образованным герцогством Франкфурт), но и жизни!

Но таков был Майер Амшель Ротшильд. Он мог, возвращаясь ночью домой, засовывать в карманы спящих нищих серебряные монеты. И только проснувшись, бродяги понимали, кто мог сделать столь дорогой подарок. Как истинно верующий человек Ротшильд считал, что Бог благосклонен лишь к тем, кто творит добро, не ожидая за это благодарности. Не ждал он благодарности и от Вильгельма IX, считая, что просто выполняет свой долг. Но курфюрст, который был не только одним из богатейших, но и одним из самых влиятельных властителей Европы, по достоинству оценил бескорыстный поступок банкира, и вскоре об исключительной порядочности Ротшильда знали все европейские монархи. Если же учесть, что после разрушительной войны финансы многих европейских дворов находились в плачевном состоянии, то неудивительно, что вскоре Ротшильд и его сыновья стали самыми известными банкирами на континенте. Майер Амшель покорил финансовую вершину Европы. Остальное блистательно завершили его сыновья.

 

СыновьЯ

29 августа 1770 г. Майер Амшель женилс

я на Гутле Шнапер, дочери соседа-коммерсанта, простой, скромной и очень «домашней». В счастливом браке Гутле подарила супругу десять детей: пять сыновей и пять дочерей. Когда к Майеру Амшелю пришло предчувствие смерти, он созвал весь дом и сообщил о своем завещании. Свою долю в фирме он за 190 тыс. флоринов продал сыновьям. Дочери, их мужья и наследники полностью отстранялись от деятельности торгового дома. Из вырученных денег Майер Амшель оставил 70 тыс. флоринов жене, остальные разделил между пятью дочерьми. Уладив финансовые дела, банкир завещал своим детям жить в согласии, любви и дружбе, никогда не привлекать к решению своих проблем чужих людей и суд, а также не допускать посторонних в свой бизнес (вероятно, именно оттого в доме Ротшильдов появилась традиция – искать мужей и жен внутри семьи). Через два дня после этого, 19 сентября 1812 г., Майер Амшель ушел из жизни, будучи уверенным в том, что сыновья достойно продолжат его дело.

Пять братьев, сделавших своим фамильным гербом красный щит с пятью стрелами, поделили между собой Европу. На герб вынесли девиз Concordia, Integritas, Industria («Согласие. Честность. Трудолюбие») – те правила, которыми они руководствовались всю свою жизнь. Амшель, самый старший, остался во Франкфурте, Натан осел в Лондоне, Джеймс – в Париже, Соломон отправился в Вену, а Карл – в Неаполь.

Старший сын, Амшель Майер, родился 12 июня 1773 г. У него была юношеская любовь, но отец не дал согласия на этот брак и, исходя из интересов семьи, Амшель женился на Еве Ханау. Брак был не очень счастливым: Ева рано ушла из жизни, так и не подарив мужу наследников. За долгие годы работы рядом с отцом Амшель проникся чувством ответственности за судьбу фирмы и ее безупречный авторитет, потому всегда был для братьев опорой и надеждой. Его считали самым благочестивым евреем во Франкфурте. Уходя из жизни, он завещал еврейской общине 1,2 млн. гульденов. После смерти Амшеля в 1855 г. банком управляли его племянники по неаполитанской линии, но и там вскоре не оказалось достойных наследников, так что франкфуртская ветвь банкирского дома Ротшильд постепенно прекратила свое существование.

Соломон Майер, родившийся 9 сентября 1774 г. и возглавивший представительство Ротшильдов в Вене, достиг поразительных успехов. Конкурируя с венскими банками, он смог добиться покровительства канцлера князя Меттерниха и вскоре даже стал его личным казначеем. Несмотря на то, что Соломон был австрийским бароном, он по местным законам не мог стать гражданином страны, поскольку был евреем (много лет спустя ему удалось изменить и эту ситуацию, став почетным гражданином Вены). Тем не менее и Соломон, и его потомки совершенно свободно чувствовали себя среди высшей австрийской аристократии и венского общества. Ведь их услугами пользовался весь высший свет. Соломон Ротшильд умер в один год со своим старшим братом, 27 июля 1855 г. Его дети и внуки успешно развивали семейный бизнес в Вене. Но в 1938 г. с вторжением гитлеровских войск в Австрию, прекратила свое существование и венская ветвь династии.

Натан Майер, третий сын, оказавшийся самым талантливым из пяти братьев, появился на свет 16 сентября 1777 г. О его финансовых операциях сохранилось множество легенд. Широко известна и история практически невыполнимого поручения британского правительства о переводе денег для английской армии в Испанию, которые были контрабандой переправлены через Францию; и биржевые игры в дни победы Веллингтона над Наполеоном под Ватерлоо; и приобретение 49,3% акций Суэцкого канала, для этой сделки Натан сумел практически моментально предоставить английскому правительству необходимые 80 млн. фунтов (после чего британский премьер Дизраэли воскликнул: «Ротшильды не могут быть лишними!»). Натан Ротшильд скончался 28 июля 1836 г. в возрасте 59 лет. Его сын Лионел (кстати, получивший образование в Геттингенском университете) был избран в английский парламент, а его внук Натаниэль стал пэром Англии. Династия Ротшильдов и сегодня хорошо представлена в английских коммерческих кругах.

Четвертый сын, Карл Майер, родившийся 24 апреля 1788 г., считался наименее способным среди братьев. Он был тяжел на подъем, очень строг в своих ортодоксальных еврейских правилах. Но Италия, где нужно было иметь дело не с могущественным правительством, а со знатью большого числа мелких государств, оказалась для Карла благоприятным местом. При помощи братьев ему удалось предоставить кредиты не только Неаполю, но и Парме, Тоскане, Лукке и Сардинии. Оказал он помощь и Папе Римскому, который вынужден был бежать от революции 1848 г. Гарантии займов братья использовали для облегчения положения своих единоверцев в римском гетто. Но когда Гарибальди изгнал Бурбонов и присоединил страну к новому королевству Италия, Ротшильды вынуждены были покинуть Неаполь. Как и двое его братьев, Карл Майер умер в 1855г., а его дети переехали во Франкфурт, где продолжали вести банковские дела.

Якоб, или Джеймс, самый младший из сыновей Майера Амшеля Ротшильда, родился 15 мая 1792 г. Поначалу он был лишь агентом своего брата Натана в Париже. Но после свержения Наполеона стал все больше вникать в дела банка и вскоре уже самостоятельно осуществлял сделки. Он был настоящим светским львом, так что неудивительно, что вскоре его клиентами стали ведущие монархи Европы. Смерть настигла Якоба 15 ноября 1868 г. А французская ветвь банкирского дома Ротшильд функционирует и по сей день.

Складывается впечатление, что братья без особых усилий добивались успеха. Но это не так. Во многих странах они прошли и через недоброжелательность, и через заговоры банкиров, и через предательство. Но своим успехом братья Ротшильд были обязаны соблюдению отцовских заветов: работать только в содружестве, никогда не гнаться за высокой прибылью, действовать только наверняка и уметь вовремя остановиться. Потому и в историю они вошли не только как самый известный, но и как самый крупный семейный банкирский дом. Пока что ни одному семейному банку в мире не удалось достигнуть уровня операций дома Ротшильдов. Не зря ведь Генрих Гейне как-то сказал: «Деньги в наше время – это Бог, и Ротшильд – его пророк».

 

Сыновья Майера Амшеля

Анекдоты и жизнь

Еще при жизни Ротшильдов о них ходило огромное количество анекдотов. Но что удивительно: тон этих анекдотов был уважителен, а сами Ротшильды выглядели в них достойно. Эти анекдоты обожал «железный канцлер» Отто фон Бисмарк. Уверяют, что он их не только рассказывал, но многие из них сам и придумал. Скажем, историю о том, как Ротшильд из Франкфурта прислал в подарок канцлеру Мет-терниху шесть бутылок вина Johanisberg. Но он не знал, что производство этого вина в Германии принадлежит Меттерниху. Получив подарок, тот вызвал к себе управляющего и спросил, сколько стоит это вино. «12 гульденов за бутылку», – последовал ответ. «Прекрасно, – распорядился князь. – Когда барон Ротшильд из Вены закажет у нас вино, отправь ему и эти бутылки, но по цене 15 гульденов. Ведь за это время вино станет старше».

Любил Бисмарк рассказывать и историю о том, как Соломон Ротшильд расплачивался с извозчиком в Вене. Когда тот с удивлением посмотрел на оставленные ему чаевые, Ротшильд тоже удивился: «Разве этого мало?». «Нет, нормально, – ответил извозчик, – но ваш сын всегда оставляет мне в два раза больше». «Ему повезло, – улыбнулся в ответ Соломон. -Он имеет богатого отца».

Широко известна и история о еврее, который бойко торговал семечками у дверей банка Ротшильда. Подошедший к торговцу родственник попросил у него взаймы и, получив отказ, очень обиделся: «Я ведь вижу, что у тебя торговля идет замечательно, а у меня большие проблемы. Никогда не думал, что ты так жаден». «Не в этом дело, – ответил продавец семечек. – Просто у нас с бароном договор: он не торгует семечками, а я не даю деньги взаймы».

Но анекдоты – это анекдоты, а жизнь – это жизнь. Как уже упоминалось, одной из составляющих успеха братьев была полная согласованность в работе. Когда им нужно было принимать важные решения, они собирались в родительском доме во Франкфурте, где старенькая мама, как в прежние времена, кормила их обедом.

Как-то ее дом посетил знаменитый сказочник Ганс Кристиан Андерсен. «Почему, – удивился он, – имея таких богатых сыновей вы живете здесь, в еврейском гетто Франкфурта, а не в каком-либо из столичных дворцов?» Она печально улыбнулась. «Здесь – сказала она, – я родила моих замечательных детей. Они достигли многого и стали знаменитыми людьми. Могу ли я покинуть этот дом? Ведь над ним высоко в небе горит звезда».

Как же нам увидеть ее? Ведь уже давным-давно нет этого дома с зеленой вывеской, как нет и самого еврейского гетто. Во Франкфурте уже ничего не напоминает о Ротшильдах – нет ни улицы их имени, ни школы, ни премии или стипендии. И только сам город, следуя заложенной Ротшильдом традиции, продолжает оставаться одной из финансовых столиц Европы, где находятся штаб-квартиры крупнейших банков Германии и Европейский центральный банк, а также известная во всем мире Франкфуртская биржа. Частично сохранилось и старое еврейское кладбище, где среди знаменитых раввинов Франкфурта похоронен и Майер Амшель Ротшильд. В какое бы время года вы ни оказались здесь, вы всегда увидите на его могиле поминальные камешки в знак уважения и преклонения перед удивительным человеком и финансовым гением. Будете во Франкфурте – непременно положите рядом и свой камешек…

Гаттл Ротшильд (Шнаппер) (1753 — 1849)

1753

23 августа 1753 г.

Франкфурт-на-Майне, Гессен-Нассау, Преуссен

1771

20 августа 1771 г.

Франкфурт-на-Майне, Гессен-Нассау, Преуссен

1773

12 июня 1773 г.

Франкфурт-на-Майне, Гессен-Нассау, Преуссен

1774 г.

9 сентября 1774 г.

Франкфурт-на-Майне, Гессен-Нассау, Преуссен

1777

16 сентября 1777 г.

Франкфурт-на-Майне, Гессен-Нассау

1781

2 июля 1781

Франкфурт-на-Майне, Гессен-Нассау, Преуссен

1784

29 августа 1784

Франкфурт-на-Майне, Гессен-Нассау, Преуссен

1788

24 апреля 1788 г.

Франкфурт-на-Майне, Гессен-Нассау, Преуссен

1790

1 мая 1790 г.

Франкфурт-на-Майне, Гессен-Нассау, Преуссен

Дом Ротшильдов

ГЛАВА ОДИН

Дом Ротшильдов
Всемирный банкир, 1849–1999
Автор: NIALL FERGUSON,
. Викинг

Прочитать обзор


Сон Шарлотты
(1849-1858)

Я заснул в 5 и проснулся в 6; Мне приснилось, что огромный вампир жадно сосал мою кровь… По-видимому, когда был объявлен результат голосования, громкий, восторженный рев одобрения раздался … по всему дому [ Лорды]. Конечно, мы не заслуживаем такой ненависти.

ШАРЛОТТА ДЕ РОТШИЛЬД, МАЙ 1849 г.

Хотя им удалось пережить его финансовые потрясения, 1848 год мог все же оказаться роковым поворотным моментом для Ротшильдов — но по причинам, не связанным с экономикой и политикой.Ведь в годы, сразу после революции, сама структура семьи и фирмы были поставлены под сомнение. Читая их письма, легко забыть, что четверо оставшихся сыновей Майера Амшеля уже были стариками. В 1850 году Амшелю было семьдесят семь лет, Саломону семьдесят шесть. и Карл, больной шестидесяти двух лет. Только Джеймс в свои пятьдесят шесть оставался неутомимым.

С другой стороны, долголетие было семейной чертой: хотя их отец умер в возрасте шестидесяти восьми лет, их мать, родившаяся в 1753 году, прожила достаточно долго, чтобы увидеть корону объединенной Германии, предложенную прусскому королю. национальным собранием, собравшимся в ее родном городе.Действительно, к 1840-м годам Гутл Ротшильд стал чем-то вроде пословицы, как сообщала The Times :

Достопочтенная мадам Ротшильд из Франкфурта, которая сейчас быстро приближается к своему сотому году, будучи немного нездоровой на прошлой неделе, дружески заявила своему врачу о неэффективности его рецептов. «Que voulez-vous Madame?» сказал он, «к сожалению, мы не можем сделать вас моложе.«Вы ошиблись, доктор, — ответила остроумная дама, — я не прошу вас сделать меня моложе. Я хочу стать старше ».
На эту тему опубликовано

Мультфильмов: один под названием Бабушкин 99-й. День рождения , изображен Джеймс с Гутлом на заднем плане, говорящий группе доброжелателей: «Когда она достигнет номинала, джентльмены, я пожертвую государству небольшой капитал в размере 100 000 гульденов» (см. Иллюстрацию 1.i). Другая версия В той же шутке доктор уверяет ее, что она «доживет до ста лет».«О чем ты говоришь?» — рявкнул Гатл. — «Если Бог может получить меня за 81 год, Он не возьмет меня за сотню!»

Ее упорный отказ покинуть старый дом «zum grünen Schild» на бывшей Judengasse понравился современникам, предполагая, что феноменальный экономический успех Ротшильдов был основан на своего рода еврейском аскетизме. Людвиг Бёрне восхвалял ее на этот счет еще в 1827 году: «Смотрите, вот она, в этом маленьком домике… и не желает, несмотря на всемирный суверенитет ее королевские сыновья оставили ее наследственный маленький замок в еврейском квартале ». Когда он посетил Франкфурт шестнадцать лет спустя, Чарльз Гревиль был поражен, увидев« старую мать Ротшильдов ». выходя из своего «такого же темного и ветхого особняка … ничуть не лучше, чем любой другой» на «Еврейской улице»:

На этой узкой мрачной улице, перед этим убогим многоквартирным домом, стояла шикарная calèche , обтянутая синим шелком, и у дверей стоял лакей в синей ливрее.Вскоре дверь отворилась, и старуха была замечена спускающейся по темной узкой лестнице, которую поддерживала ее внучка, баронесса Чарльз Ротшильд, экипаж которой также ждал в конце улицы. Два лакея и несколько горничных были в сопровождении Помогите старушке сесть в карету, и несколько жителей собрались напротив, чтобы посмотреть, как она сядет. Я никогда не видел более любопытного и поразительного контраста, чем платье дам, как старой, так и молодой, и их экипировки и ливреи, с полуразрушенной местностью, в которой упорствует старуха.

Но 7 мая 1849 года, на девяносто шестом году жизни, когда у ее постели оставались выжившие сыновья, Гутл наконец умер.

Это был один из множества смертей в семье. Годом ранее умерла жена Амчела Ева. В 1850 году то же самое сделала вдова Натана Ханна, а также — к большому огорчению парижских Ротшильдов — ее младший внук, второй сын Ната Майер Альберт.Жена Карла Адельхейд умерла в 1853 году, а год спустя — жена Саломона, Кэролайн. Влияние этих событий на старших представителей второго поколения легко вообразить. Майер Карл заметил, как «глубоко тронула» Амчела смерть своей матери. «Это большая потеря для [него] … и я не могу сказать вам, сколько жалких часов мы потратили в последнее время … Дядя А. прикован к своей комнате, но чувствует себя лучше после первого потрясения, которое было действительно страшным.«Он был лишь немного« спокойнее », когда семья собралась во Франкфурте на похороны Гутле. В самом деле, он и его брат Саломон казались довольно жалкими фигурами в свои сумеречные годы, проводя все меньше и меньше времени в конторе и все больше и больше времени в саду Амшела.

Новому прусскому делегату в сейме восстановленной Германской Конфедерации — непостоянному и ультраконсервативному юнкеру по имени Отто фон Бисмарк — Амшель казался жалким стариком.»[В В денежном выражении «Ротшильд был, конечно,« самым выдающимся »человеком во франкфуртском обществе, — сообщил Бисмарк своей жене вскоре после прибытия в город. из лота из них, и вы увидите, насколько ничем не выделялись «он и другие жители Франкфурта». Новичок был характерно непреклонным, когда Амшель пригласил его на обед через десять дней в заранее (для уверенности в принятии), отвечая, что приедет, «если бы был еще жив».«Этот ответ» так его встревожил, что он повторил его всем: «Что, почему ему не жить, зачем ему жить? он умрет, этот человек молод и силен! »» С его ограниченными личными средствами и скудной стипендией юнкерский дипломат должен был произвести такое же впечатление, как и оттолкнувший его «центнер серебряных изделий, золотых монет». вилки и ложки, свежие персики и виноград, а также превосходные вина », которые были поданы перед ним на обеденный стол Амчела. Но он не мог скрыть своего презрения, когда старик гордо хвастался своим любимым садом. после еды:

Он мне нравится, потому что он настоящий старый развратный еврей и не претендует ни на что другое; он строго православный в этом отношении и отказывается прикасаться к чему-либо, кроме кошерной еды, на своих обедах.«Иоганн, возьми себе преад вит для оленя», — сказал он своему слуге, выходя показать мне свой сад, в котором он держит прирученных оленей. «Герр Парон, это растение обошлось мне в две тысячи гульденов, честно говоря, в две тысячи гульденов чеш. Вы можете купить его за тысячу; или если хочешь, это подарок, он принесет тебе домой. Должен знать, что я очень уважаю тебя, Парон, ты красавец, прекрасный человек ». Он невысокий, худой, маленький человек и довольно седой.Старший из его Он был бедняком в своем дворце, бездетным вдовцом, обманутым слугами и презираемым умными французами и англизированными племянниками и племянницами, которые унаследуют его богатство без всякой любви или благодарности.

Как проницательно предугадал Бисмарк, именно этот последний вопрос — кому унаследовать их богатство — больше всего волновал старых Ротшильдов, которые, соответственно, часами возились со своей волей.За много лет до этого — в 1814 году — Амшель пошутил, что разница между богатым немецким евреем и богатым польским евреем состоит в том, что последний «умрет именно тогда, когда он проигрывает, а богатый немецкий еврей только умрёт. когда у него много денег «. Сорок лет спустя Амшель жил в соответствии со своим собственным стереотипом, имея долю в семейной фирме стоимостью почти 2 миллиона фунтов стерлингов. Но кто должен унаследовать это состояние? Отказано сыну он так долго молился, Амчел размышлял о заслугах своих двенадцати племянников, особенно тех (главным образом сыновей Карла Майера Карла и Вильгельма Карла), которые обосновались во Франкфурте.В конце концов, его доля в бизнесе был разделен таким образом, что Джеймс получил четверть, Ансельм четверть, четыре сына Натана четверть между ними и три сына Карла в последней четверти.

У Саломона, конечно же, были наследник и дочь, хорошо обеспеченная в Париже; но — возможно, из-за резких слов, которыми они обменялись в Вене в разгар революционного кризиса, — он стремился чтобы не сделать Ансельма своим единственным наследником.Вместо этого он разработал сложные условия, предназначенные для передачи большей части своего личного состояния непосредственно внукам. Сначала он, кажется, подумывал о том, чтобы оставить почти все это (1,75 миллиона фунтов стерлингов) детям его дочери Бетти (425 000 фунтов стерлингов для мальчиков и всего 50 000 фунтов стерлингов для Шарлотты, которой он уже пожертвовал 50 000 фунтов стерлингов по случаю ее брака с Нэт). только его три дома Ансельму и его сыновьям и всего 8000 фунтов стерлингов для их замужней сестры Ханны Матильды.Он сказал Ансельму, что даже его парижский отель пойдет к «вам и вашим сыновьям … Я повторяю, что это для вас и ваших сыновей ». Я подумал об этом и сделал оговорку, чтобы он оставался их собственностью более ста лет. Ни зятья, ни дочери не могут претендовать на это ». Отчасти это было застенчивой стратегией. максимальное посмертное влияние, как это сделал Майер Амшель в 1812 году; действительно, исключение женской линии было идеей, которую он унаследовал от своего отца.Но, в отличие от своего отца, Саломон решил, что только один из его внуки в конечном итоге унаследуют его долю семейного бизнеса от Ансельма — новое событие в семье, которая до сих пор относилась ко всем наследникам мужского пола более или менее одинаково. В заключительной части его завещания датируется В 1853 году он отказался от пункта, по которому Ансельму оставался выбор в качестве преемника, указав (как оказалось, безуспешно) его старшего внука Натаниэля. В конце концов, все планы Саломона ни к чему не привели; на практике, именно Ансельм унаследовал его состояние и решил, кто из его сыновей станет его преемником.Бисмарк был прав и в том, что молодые Ротшильды высмеивали своих старых дядей. Посещение неизменно «грустных и угрюмых» Особенно боялся дядя Карл. Если в 1855 году было великое горе, когда Саломон, Карл и Амшель один за другим скончались в течение всего девяти месяцев, то никаких свидетельств об этом не было обнаружено.

Эта волна смертности пришла вслед за драматическим переворотом в финансовых делах Ротшильдов.Как мы видели, огромные суммы, которые пришлось списать после того, как Венский дом погибли. об эффективном крахе было нелегко забыть, особенно лондонским партнерам, худшие опасения которых по поводу безрассудных деловых методов своих дядей, похоже, подтвердились. К сожалению, структура фирма означала, что убытки, понесенные Salomon, должны нести коллективно; его личных долей в общем капитале фирмы не были пропорционально уменьшены.Это объясняет, почему в период сразу после революции беспрецедентные центробежные силы угрожали разорвать связи, которые Майер Амшель наладил почти сорок лет назад, чтобы связать вместе своих сыновей и внуков. В частности, лондонские партнеры стремились «освободить» себя от обязательств перед четырьмя континентальными домами, которые стоили им так дорого после революции. Как выразился Нат в июле 1848 г., он и его братья хотели своего рода расположение, так что каждый дом может быть в независимом положении.«Неудивительно, что перспектива« коммерческого и финансового конгресса »наполнила Шарлотту таким страхом, когда это было впервые предложено. в августе 1848 года: «Дядя А. ослаблен и подавлен потерей своей жены, дядя Саломон из-за потери своих денег, дядя Джеймс из-за неопределенной ситуации во Франции, мой отец [Карл] нервничает, мой муж, хотя великолепен, упрям, когда прав «.

Когда Джеймс отправился навестить своих братьев и племянников во Франкфурте в январе 1849 года, Бетти полностью ожидала, что конгресс «изменит основы наших домов, а вслед за лондонским домом — [] предоставит взаимное право». свобода от солидарности, несовместимая с политическими движениями… «Напряженные отношения между Парижем и Лондоном характеризовались ссорой позже в том же году, когда Джеймс услышал, что Майер» приказал » один из братьев Дэвидсон: «, а не , чтобы послать золото во Францию» — утверждение о главенстве Англии, которое он нашел невыносимым. В самом Париже между Натом и Джеймсом были постоянные трения. Бывший всегда был намного осторожнее, чем его дядя, но революция, как мы видели, почти сломала ему нервы как бизнесмена.«Я советую вам быть вдвойне осторожным в бизнесе в целом», — увещевал он. его братья в типичном письме в разгар кризиса:

Что касается меня, то я испытываю такое отвращение к бизнесу, что мне особенно хотелось бы, чтобы у меня больше не было никакого рода или описания для транзакций … Что с положением вещей во всем мире, революции, которые возникают в мгновение ока и когда меньше всего Я ожидал, что считаю это полным безумием — пойти и окунуться по шею в горячую воду, чтобы хоть немного подзаработать.Наши добрые дяди так смехотворно любят бизнес ради бизнеса и поскольку они не могут вынести мысли о том, что кто-то другой делает что-либо, они не могут ничего отпустить, если они воображают, что этого хочет другой человек. Со своей стороны, я совершенно уверен, что нет никакого риска, что Baring сильно продвинется. [об испанской ртути] и если он захочет сделать это, пусть он это сделает, довольствуйся и принимай вещи легко .

Бетти увидела силу этого.Как она прокомментировала: «Наш добрый дядя [Амшель] не может мириться с уменьшением нашего состояния, и в своем желании восстановить его так же, как и раньше, он не стал бы дважды думать насчет того, чтобы снова бросить нас в беспорядки, связанные с опасными делами ». Но Джеймса все больше раздражало малодушное отношение Ната. Шарлотта подозревала, что Джеймс положительно приветствует уход своего племянника. от бизнеса, поскольку это позволило бы ему расширить участие его старших сыновей Альфонса и Густава (которые впервые начали фигурировать в переписке в 1846 году).Как выразилась Бетти, «старые узы братского союза» какое-то время казалось «довольно близким к распаду».

И это были не единственные источники семейной разобщенности. Еще до революции 1848 года из Франкфурта поступали жалобы на отношение лондонского дома. Это было, жаловался Ансельм, «очень неприятно быть самым покорным слугой, выполнять ваш приказ, даже не зная по испанской переписке, что происходит.Совершенно верно то, что мы не заслуживаем никакого внимания, и что с давних пор назад [ sic ] мы занимаем второстепенную линию в Сообществе различных домов ». Это подразумевает, что Ансельм предполагал, что он, как старший из следующего поколения, будет преемником Амшела в Франкфурт. Однако крах венского дома изменил все, поскольку заставил его навсегда занять место своего отца в Австрии.Точно так же Карл пожелал успеха своему старшему сыну Майеру Карлу. его в Италии. Однако бездетный Амшель был еще более настроен на то, чтобы Майер Карл сменил его во Франкфурте, оставив своего младшего и менее способного брата Адольфа уехать в Неаполь. Как заметил Джеймс, такие аргументы были не только между пожилыми братьями, но и между их сыновьями и племянниками, которые, очевидно, соперничали за контроль над Франкфуртским домом, поскольку он продолжал доминировать над своими венскими и неаполитскими филиалами: «Ансельм не в ладах с Майером Карлом.Майер Карл не в ладах с Адольфом ». Дневник Шарлотты, хотя и явно поддерживал ее старшего брата, подробно описывает некоторые неприятные ощущения, порожденные этим соперничеством:

Майер Карл … зрелый; человек мира и гражданин мира. Он в расцвете сил и на пике своих немалых способностей. Он определенно заработал себе большую популярность, чем Ансельм, благодаря своим манерам. его жизнерадостность и остроумный разговор.На самом деле он желанная и любимая фигура во Франкфурте, гораздо больше, чем мой шурин когда-либо был, есть или мог бы быть. Скорее сомневаюсь, что он обладает солидной широтой и глубину знаний, которые приобрел Ансельм, и я не в состоянии оценить, является ли он опытным бизнесменом, верны ли его суждения по важным вопросам и является ли он хорошим писателем и оратором. Но … Ансельм крайне снисходителен к моему брату, что совершенно неоправданно, ведь нужно было рыскать по целым королевствам, чтобы найти такого одаренного молодого человека.Возможно, у него нет способности к тщательному исследованию и длительное обучение, необходимое для изучения научных разделов интеллектуальной мысли. Тем не менее, как банкир и светский человек, как утонченный и образованный член европейского общества (ибо он легко общается со всеми национальностями). и классы), мне кажется, ему нет равных. Со стороны Ансельма несправедливо и недостойно относиться к нему с таким пренебрежением.

Наконец, важно помнить о гневе, который испытывали в Лондоне и Париже по отношению к Венскому дому после дебака 1848 года.Временами Джеймс говорил так, будто даже ему не жаль разорвать его связи с Веной. «Меня не интересует Вена, — писал он Новому суду в декабре 1849 года. — В то время как другие спекулируют против правительства там, наши люди в Вене не так умны и, к сожалению, бедные бизнесмены. Они всегда думают, что занимаются бизнесом на благо государства ».

Тем не менее, в конце концов, партнерство было возобновлено в 1852 году с относительно небольшими изменениями в системе 1844 года и продолжало функционировать с таким же успехом, как и прежде, в следующие два десятилетия.Почему это? Лучшее объяснение выживания домов Ротшильдов как многонационального партнерства заключается в жизненно важной роли, которую сыграл Джеймс в преодолении разрыва между поколениями и связывании все более расходящихся ветвей общества. семья снова вместе. Как заметила Шарлотта, когда она увидела своего дядю во Франкфурте в 1849 году, Джеймс вышел из кризиса 1848 года с неизменной жаждой жизни и бизнеса:

Я редко видел такого практически проницательного человека, такого мирского и хитрого, такого умственно и физически активного и неутомимого.Когда я думаю о том, что он вырос на Франкфуртской улице Юденгассе и никогда не пользовался преимуществами высокой культуры в детстве и юность, я поражаюсь и восхищаюсь им без слов. Он веселится и получает удовольствие от всего. Каждый день он пишет по две-три буквы и диктует минимум шесть, читает все французские, немецкие и английские газеты, купается, Спит час по утрам и играет в вист три или четыре часа.

И это было обычным делом Джеймса, когда он был на расстоянии от Парижа.Джеймс, которого молодой биржевой маклер Фейдо встретил на улице Лаффит, был такой же силой природы, как и в случае с Гейне. расцвета; во всяком случае, возраст сделал Джеймса еще более грозным.

Несмотря на всю свою юношескую энергию, Джеймс, тем не менее, оставался глубоко проникнутым семейным духом времен своего отца. Еще до 1848 года его беспокоили признаки разногласий между пятью домами.Разногласия по поводу счетов, предупредил он Лайонела в апреле 1847 года, привели «к такому положению дел, что в конце концов каждый занимается сам, а это создает массу неприятностей». «Это это только репутация, счастье и единство семьи, которые близки моему сердцу, — писал он, вторя знакомым увещеваниям Майера Амшеля, — и именно в результате наших деловых отношений мы остаемся едины.Если каждый день делиться и получать отчеты, то все останется единым, если Бог даст ». Именно к этой теме Джеймс вернулся с страстной настойчивостью летом 1850 года — письмо настолько важны, что заслуживают подробного цитирования:

Легче разбить вещь, чем собрать ее снова.У нас достаточно детей, чтобы вести бизнес в течение ста лет, и поэтому мы не должны идти друг против друга … Мы не должны обманывать себя: день, когда [единственная] компания больше не будет существует — когда мы теряем то единство и сотрудничество в бизнесе, которое в глазах мира дает нам нашу истинную силу, — день, который перестает существовать и каждый из нас пойдет своей дорогой, тогда старый добрый Амшель будет скажите: «У меня в бизнесе 2 миллиона фунтов стерлингов [но сейчас] я забираю их», и что мы можем сделать, чтобы его остановить? Как только больше не будет большинства [принятия решений], он может жениться на Гольдшмидте и сказать: «Я вкладываю свои деньги, куда хочу», и мы никогда не перестанем упрекать себя.Я также считаю, дорогой Лайонел, что мы двое, единственные, кто имеет влияние во Франкфурте, действительно должны стремиться к восстановлению мир между всеми [партнерами] … Что произойдет, если мы не будем осторожны, так это то, что капитал в размере 3 миллионов фунтов стерлингов попадет в руки посторонних, вместо того, чтобы быть переданным нашим детям. Я прошу вас иметь мы сошли с ума? Вы скажете, что я старею и просто хочу повысить процент на свой капитал.Но, во-первых, все наши резервы, слава богу, намного сильнее, чем когда мы заключили наш последний партнерский договор, а во-вторых, как я сказал вам в тот день, когда я прибыл сюда, вы найдете во мне верного дядю, который сделает все, что в его силах, для достижения необходимого компромисса. Поэтому я считаю, что мы должны следовать этим линиям спорить и делать все возможное — приносить все жертвы с обеих сторон — чтобы сохранить это единство, которое, благодаря Всевышнему, защитило нас от всех недавних несчастий, и каждый из нас должен попытаться чтобы увидеть, что он может сделать для достижения этой цели.

Это были темы, которые Джеймс повторял на протяжении 1850 и 1851 годов. «Уверяю вас, — сказал он жене Лайонела Шарлотте (которую он назвал своим союзником), — семья — это все: это единственное источник счастья, которым мы обладаем с Божьей помощью, это наша привязанность [друг к другу], это наше единство ».

Именно в свете кампании Джеймса за единство следует понимать договор о партнерстве 1852 года — не как ослабление связей между домами, а как сохранение их путем компромисса, в соответствии с которым английские партнеры отказались от требований полной независимости в обмен на более высокую норму прибыли на свой капитал.Еще в 1850 году Джеймс изложил условия этого компромисса: По словам Ната, он предлагал «повысить для нас процентную ставку на капитал» при условии, что лондонский дом всегда был более прибыльным, чем другие. Это было также сутью его письма. Лайонелу, цитируемому выше; и эта система была окончательно согласована в 1852 году. Британские партнеры получили различные подсластители: им не только разрешили снять 260 250 фунтов стерлингов со своей доли в капитале фирмы. капитала, но процентная ставка на их долю (сейчас 20% от общей суммы) была увеличена до 3.5 процентов по сравнению с 3 процентами у Джеймса, 2,625 процента у Карла и 2,5 у Амшела и Саломона. Кроме того, правила регулирование совместного ведения бизнеса было ослаблено: отныне ни один партнер не мог быть принужден большинством к поездкам в командировки, а вложения в недвижимость больше не должны были финансироваться из коллективных фондов. Взамен на эти уступки английские партнеры приняли новую систему сотрудничества.В пункте 12 соглашения говорилось, что «для обеспечения открытого и братского сотрудничества и продвижения своего генерала, взаимные деловые интересы «партнеры будут информировать друг друга о любых сделках на сумму более 10 миллионов гульденов ( с . 830 000 фунтов стерлингов) и предлагают участие до 10 процентов на взаимной основе. В противном случае условия всех предыдущих соглашений, которые не были конкретно изменены новым контрактом, оставались в силе, в том числе для Например, процедуры общего учета.Это, несомненно, являлось мерой децентрализации. Но учитывая, что альтернативой (всерьез обсуждаемой в следующем году) была полная ликвидация коллективное предприятие, это означало победу Джеймса.

Соглашение 1852 года не сделало так, чтобы решить вопрос о правопреемстве во Франкфурте (кроме исключения Адольфа): отныне Ансельм, Майер Карл и Вильгельм Карл должны были все подписать за франкфуртский дом.(Это также предоставил Альфонсу и Гюставу право подписи для парижского дома.) Только после смерти братьев Джеймса в 1855 году возникла новая структура фирмы (см. таблицу 1a). Несмотря на положения его завещания, вся доля Salomon в коллективном капитале перешла к Ансельму (результат, который по неясным причинам Джеймс оспаривал лишь без энтузиазма в защиту своей жены). Доля Карла была разделена поровну между его сыновьями после вычета седьмой доли, которая досталась его дочери Шарлотте.Наконец, и решительно, доля Амшела была разделена таким образом, что Джеймс и Ансельм получили по четверти, как и сыновья Нафана и сыновья Карла. В итоге все это дало Ансельму, Джеймсу и партнерам, родившимся в Англии, почти равную власть, уменьшив при этом влияние сыновей Карла. Их влияние было дальше уменьшился из-за решения поручить Адольфу руководить домом в Неаполе и оставить Франкфурт Майеру Карлу и его набожному брату Вильгельму Карлу.

Это был компромисс, который сработал на практике. После 1852 года Джеймс был готов проявлять гораздо большее уважение к желаниям своих племянников, чем в прошлом. Новый суд больше не подчинялся приказам Джеймса, поскольку Это легко можно сделать из того, что после 1848 года объем его писем в Лондон уменьшился. Все чаще он писал не больше, чем постскриптум к депеши Ната, и часто заканчивал свои предложения по поводу бизнеса — как если напомнить себе, что больше не существует primus inter pares — с красноречивой фразой: «Делайте, дорогие племянники, что хотите.»Это, несомненно, было приятно Лайонелу. Однако компромисс 1852 года означало, что система сотрудничества между пятью домами, существовавшая до 1848 года, была возобновлена ​​лишь с небольшой степенью децентрализации. Балансы парижского и лондонского домов показывают степень взаимозависимости. что было меньше, чем было в 1820-х годах, но все же было существенным. Приведу лишь один пример: 17,4% активов парижского дома в декабре 1851 года составляли деньги, причитающиеся ему со стороны других домов Ротшильдов. в основном Лондон.

Более того, предположение лондонских партнеров о том, что их дом будет более прибыльным, чем другие, оказалось чрезмерно уверенным. Хотя дома в Неаполе и Франкфурте имели тенденцию к застою (в основном по причинам вне контроля Адольфа и Майера Карла) именно Джеймс сделал большую часть работы после 1852 года, расширив свои континентальные железнодорожные интересы настолько успешно, что к концу его жизни столица парижского дома намного превзошел своих партнеров.Ансельм тоже неожиданно оказался искусным в восстановлении жизни разрушенного венского дома. Для лондонских партнеров оказалось далеко не невыгодно разделить эти континентальные успехов. Таким образом, новая система открыла новую эру равноправия лондонского и парижского домов, когда Вена возродилась, а влияние Франкфурта и Неаполя снизилось.

Как и в прошлом, Ротшильды поддерживали целостность семейной фирмы не только посредством партнерских соглашений и завещаний.Эндогамия продолжала играть решающую роль. Период с 1848 г. в 1877 году в семье было заключено не менее девяти браков, очевидной целью которых было укрепление связей между различными ветвями. В 1849 году третий сын Карла Вильгельм Карл женился на своей кузине Ансельме. вторая дочь Ханна Матильда; год спустя его брат Адольф женился на ее сестре Джули; а в 1857 году старший сын Джеймса, Альфонс, женился на дочери своего кузена Лайонела Леоноре в Ганнерсбери.Перечислить остальные здесь было бы утомительно. За единственным исключением, имевшим место до 1873 года, те, кто не женился на других Ротшильдах, не уходили далеко от еврейского «кузена». В 1850 году Майер женился на Джулиане Коэн. конкурирующий иск от Джозефа Монтефиоре — в то время как его племянник Густав женился на Сесиль Анспах в 1859 году. Если бы Вильгельм Карл не женился на Ротшильде, он женился бы на Шнапере — члене своей бабушки. Семья Гутле.

Посредничество в этих союзах было, как и в течение почти двух поколений, главной заботой женщин-членов семьи. Шарлотта не скрывала их доводов. Как она в восторге от услышав о помолвке ее брата Вильгельма Карла с Ханной Матильдой, «Мои добрые родители наверняка будут довольны тем, что он не выбрал чужого. Для нас, евреев, и особенно для нас, Ротшильдов, это лучше не вступать в контакт с другими семьями, так как это всегда приводит к неприятностям и стоит денег.»Идея о том, что благочестивый жених или музыкальная невеста делает спонтанный выбор, в данном случае была бессмысленной. Двоюродная сестра Шарлотты Бетти увидела матч в совершенно ином свете, сообщив своему сыну, что «бедная Матильда только с сожалением решила выйти замуж за Вилли». Теперь она «готовила себя с поистине ангельским смирение ради принесения в жертву самых дорогих иллюзий ее юного сердца. Надо сказать, что перспектива быть спутником Вилли на всю жизнь не соблазнит молодую женщину, которую воспитывали так, как она была, и благословенную с развитым умом.»Остается решить вопрос, за кого жениться сыновья Бетти, Альфонс и Гюстав. Похоже, что Ханна Матильда на самом деле связала свое сердце с последним, в то время как ее сестра Джули надеялась выйти замуж за Альфонса. Но, поддразнивая сына по этому поводу, Бетти сообщила, что:

Папа, такой искренний и честный человек… поднял эту тему, не теряя времени. Он выразил все свои сожаления бедной матери … и он развенчал ее иллюзии, что стремление к успеху может ошибочно поощрять, и он попросил ее в ее собственных интересах и ради счастья дочери искать в другом месте.

Это была хорошая новость для Шарлотты, которая планировала подобный двойной матч между сыновьями Бетти и ее дочерьми Леонорой и Эвелиной.В своем дневнике она хладнокровно взвесила соответствующие достоинства два предполагаемых зятя:

Гюстав — отличный молодой человек. У него самое лучшее и горячее сердце, он глубоко предан своим родителям, братьям, сестрам и родственникам. У него сильно развито чувство долга, и его послушание может служить примером для всех молодых людей. его поколение.Талант он или нет, честно сказать не могу. Он наслаждался огромными преимуществами и преимуществами хорошего образования, но, по его словам, глуп, его легко запугать и он неспособен усвоить десять правил. слова вместе в компании незнакомцев. Говорят, он приобрел значительные навыки в математике, но я не разбираюсь в этом предмете и не могу судить.
Его брат, Альфонс, сочетает в себе необычайную энергию и жизненную силу нашего дяди [Джеймса] со способностью Бетти к языкам.Он хороший читатель, слушатель и наблюдатель, и он запоминает все, что поглощает. Он может разговаривать на темы день легко, без педантизма, но всегда прямо, проницательно и забавно, затрагивая каждую тему самым приятным образом. На него нельзя положиться в своем мнении, поскольку он никогда его не высказывает, действительно, возможно, не имеет мнений; но его приятно слышать, потому что он говорит без эмоций самым привлекательным и живым тоном.
Миссис Дизраэли называет Гюстава красивым; Не знаю, согласен ли я с ней. Он единственный из рода Якобин, который может похвастаться этим преимуществом с его большими мягкими сине-зелеными глазами. В ранние годы они были явно слабыми, как и все Ротшильды. глаза, но теперь от детских неприятностей не осталось и следа, за исключением определенного качества, которое можно было бы даже назвать томлением.Его брови тонко прорисованы; его лоб хорошо сформирован, светлый и ясный; у него полная темная голова каштановые, шелковистые волосы; его нос не восточный; у него большой рот, который, однако, нельзя хвалить из-за его выражения, в лучшем случае добродушного и не обнаруживающего ни понимания, ни глубины чувств. Густав стройен, осанка проста, а манеры соответствуют высшему обществу. Я бы хотел увидеть его профиль у алтаря.

Ей удалось лишь наполовину: девять лет спустя она увидела у алтаря профиль Альфонса вместе со своей дочерью Леонорой. К тому же к тому времени она пересмотрела свое мнение о женихе. Сейчас же он казался «человеком, который, возможно, десять из пятнадцати лет бегал по миру — совершенно пресыщен, не может ни восхищаться, ни любить — и все же требует от своей невесты полной преданности, ее рабского преданность.«Тем не менее, — заключила она, — это было« лучше »- мужчина, чьи страсти умерли, чьи чувства утратили всю свежесть, всю глубину, вероятно, окажется безопасным мужем, а жена, вероятно, найдет счастье в разряде, в исполнении своих обязанностей. Ее разочарование будет горьким, но недолговечным ». В любом случае, ее дочь придает« большое значение определенному положению в мире и будет не нравится спускаться с того, что она воображает, чтобы быть троном R, чтобы быть невестой более скромного мужчины.»Такие настроения, несомненно, были основаны на собственном опыте Шарлотты и многое говорят нам об отличительной качество таких браков по договоренности.

Разумеется, не следует преувеличивать, насколько решающим был выбор родителей. Тот факт, что Шарлотте не удалось обеспечить брата Альфонса для своей другой дочери, предполагает, что родители были менее могут навязывать детям выбор супруга, чем это было раньше.Дочь Ансельма Джули также успешно отразила успехи своего двоюродного брата Вильгельма Карла, а также более далеких родственник, Натаниэль Монтефиоре. С другой стороны, ее окончательный «выбор» Адольфа строго определялся ее отцом и будущим свекром, которые потратили месяцы на составление брачного контракта; и хотя такие переговоры часто включали в себя выплату денежных сумм индивидуально будущей невесте, чтобы дать ей определенную финансовую независимость, это не следует принимать за своего рода прото-феминизм.Были пределы то, что Ротшильды были готовы нанести своим дочерям, что стало очевидным, когда старый Амшель вскоре после смерти жены объявил, что желает повторно жениться ни на ком, ни на собственной внучатой ​​племяннице. востребованная Джули (которой еще не исполнилось двадцати). Остальная часть семьи — при поддержке его врачей — сплотилась против этой идеи. Но неизвестно, насколько их противодействие было вызвано опасениями за его здоровье. в отличие от счастья рассматриваемой молодой леди: Джеймс, по-видимому, беспокоился о том, что, если предложение Амшеля будет отклонено слишком резко, он может вывести свой капитал из фирмы и жениться на незнакомце.

Православные и перевооруженные

Как подчеркнула Шарлотта, эндогамия по-прежнему была частично функцией иудаизма Ротшильдов: семейная политика оставалась таковой, что сыновья и дочери не могли вступать в брак вне своей веры (даже если в социальном отношении они были выше своих единоверцев). что они не могут жениться и вне семьи).Степень религиозной приверженности Ротшильдов в этот период не следует недооценивать: во всяком случае, она была больше, чем в 1820-х и 1830-х годах. и это было еще одним важным источником семейного единства в период после 1848 года. Иаков по-прежнему был наименее строгим в своем соблюдении. «Что ж, я желаю вам удачной субботы», — писал он племянникам и сына в 1847 году. «Я надеюсь, что вы хорошо проводите время и хорошо охотитесь.Хорошо ли вы едите, пьете и хорошо ли спите, как того желают ваши любящие дядя и отец? «Как свидетельствует само существование такого письма, он не видел ничего плохого в том, чтобы находиться за своим столом в субботу. Он и Карл также явно нерегулярно посещали синагогу (в отличие от своих жен).

И все же Джеймс оставался столь же твердо убежденным в функциональной важности еврейской идентичности семьи, как и во времена отступничества Ханны Майер.Хотя он почти забыл дату Пасхи в 1850 году, он, тем не менее, был готов отменить командировку в Лондон, чтобы прочитать Агаду. Он был счастлив получить новую книгу франкфуртского раввина Леопольда Штайна в 1860 году (хотя размер пожертвование, которое он отправил Штейну, не записано). Его жена Бетти придерживалась таких же светских взглядов, как и ее муж, но у нее также было сильное чувство, что соблюдение норм было социальным, если не духовным императивом.Когда она услышала, что ее сын Альфонс посетив синагогу в Нью-Йорке, она объявила себя «на седьмом небе от счастья», добавив:

Это хорошо, мой добрый сын, не только из религиозных чувств, но и из патриотизма, который при нашем высоком положении является стимулом для тех, кто может это забыть, и воодушевляет тех, кто остается твердо к нему привязан.Таким образом вы примирите те которые могут обвинить нас, даже если они думают так же, как мы, и удостовериться, что вы пользуетесь большим уважением со стороны тех, кто придерживается других убеждений.

Тем не менее, для нее, очевидно, было несколько неожиданностью, что Альфонс пошел в синагогу по собственному желанию.

Вильгельм Карл тем временем оставался единственным православным представителем молодого поколения.Продолжая кампанию своего дяди Амшеля против реформистских тенденций франкфуртской общины, он поддерживал создание новой израильской религиозной общины для православных верующих, пожертвовавшей львиную долю средств на строительство новой синагоги на Шютценштрассе. Тем не менее он выступал против открытого раскола, за который выступали раввин новой общины Самсон Рафаэль Хирш, пожелавший своим последователям полностью уйти из основной франкфуртской общины.Хотя Вильгельм Карл был православным, он разделял точку зрения Ротшильдов о том, что разнообразие практик не должны ставить под угрозу единство еврейской общины.

Его английские кузены также продолжали считать себя «хорошими израильтянами», соблюдая святые дни и избегая работы в субботу. Джеймс однажды дразнил Энтони, когда он был в Париже, который ему нравился. Чтобы забрать свои молитвенники, впечатление благочестия подтвердилось, когда его племянник послушно постился в Йом Кипур в 1849 году, несмотря на опасения (ошибочно), что это было с медицинской точки зрения нецелесообразно, учитывая вспышку холеры, которая затем охватила Париж.Типичным было то, что ему и Лайонелу приходилось поставлять не мацу , когда он был в Париже во время Пасхи. Даже находясь в отпуске в Брайтоне, Лайонел и его семья праздновали Йом Кипур, постясь и молившись в День искупления. Но четыре брата, родившиеся в Лондоне, не были православными, в отличие от Вильгельма Карла. В 1851 году Дизраэли бездумно послал Шарлотте и Лайонелу большой кусок оленины, который ему дал герцог Портлендский:

Не зная, что с этим делать, когда наше заведение распалось, я подумал, что сделал удачный удар, и отправил его мадам Ротшильд (поскольку мы так часто обедали там, а они никогда не были с нами), это меня ни на мгновение не поразило что это было нечисто мясо, которое [ich] я боюсь.Как бы то ни было, когда я упомянул донора и они любят лордов … Я думаю, они проглотят это.

Похоже, он был прав, хотя маловероятно, что это было отражением любви к аристократии; Дело в том, что семья Лайонела, как и семья Джеймса, не придерживалась строгого кошерного поведения. Действительно, Майер был таким энтузиастом оленины, что он защищал охоту на оленей в политической речи в Фолкстоне в 1866 году!

В более широких религиозных вопросах английские братья склонялись к реформистскому движению, как это было в Англии.Когда была предпринята попытка (в 1853 г.) исключить представителей реформистского Западного Лондона Синагога покинула свои места в Совете депутатов, потому что они поссорились с консервативным главным раввином, Лайонел выступил против того, что он называл «папством». «Он с уважением относился к церковным власти, — заявил он, — но они не собирались руководить им, как католическим священником. Они могли быть и, несомненно, были очень образованными людьми, но у них не было права спрашивать его, соблюдает ли он однажды день или два дня праздников »- важное различие между реформой и православной практикой.Такие взгляды могут объяснить, почему реформистское сообщество во Франкфурте обратилось к Лайонелу за помощью в их борьбе против господствовавшее православие годом ранее.

(Продолжение …)

(C) 1999 Найл Фергюсон Все права защищены. ISBN: 0-670-88794-3

Семья Ротшильдов | История и факты

Семья Ротшильдов , самая известная из всех европейских банковских династий, которая около 200 лет оказывала большое влияние на экономическую и, косвенно, политическую историю Европы.Дом был основан Майером Амшелем Ротшильдом (род. 23 февраля 1744 г., Франкфурт-на-Майне — ум. 19 сентября 1812 г., Франкфурт) и его пятью сыновьями Амшелем Майером (род. 12 июня 1773 г., Франкфурт — ум. 6 декабря). , 1855, Франкфурт), Саломон Майер (род. 9 сентября 1774 г. — ум. 27 июля 1855 г., Вена), Натан Майер (род. 16 сентября 1777 г. — ум. 28 июля 1836 г., Франкфурт), Карл Майер (р. 24 апреля 1788 г. — ум. 10 марта 1855 г., Неаполь) и Якоба, или Джеймса, Майера (род. 15 мая 1792 г. — ум. 15 ноября 1868 г., Париж). Начав во Франкфуртском банковском доме, Майер и его сыновья стали международными банкирами, открыв филиалы в Лондоне, Париже, Вене и Неаполе к 1820-м годам.Помимо банковского дела и финансов, бизнес Ротшильдов включал в себя добычу полезных ископаемых, энергетику, недвижимость и виноделие. С начала 19 века семья была известна своей значительной благотворительной деятельностью, особенно в области искусства и образования.

Леопольд де Ротшильд, 1917.

Encyclopædia Britannica, Inc.

Популярные вопросы

Что такое семья Ротшильдов?

Семья Ротшильдов — самая известная из европейских банковских династий, берущая свое начало в конце 18 века в качестве банкирского дома.Ротшильды имели значительное экономическое влияние в Европе в 19 и 20 веках. Также они известны многочисленными актами благотворительности.

Почему важна семья Ротшильдов?

Как самая известная европейская банковская династия, Ротшильды исторически использовали свое богатство, чтобы влиять на экономические, а иногда и политические результаты. Например, в 1870-х годах они ссудили французскому правительству деньги на выплату военного контрибуции и предоставили крупную ссуду британскому правительству, которая позволила этой стране стать крупным акционером компании Суэцкого канала.

Кто основал банковскую династию Ротшильдов?

Семья Ротшильдов восходит к 15 веку, а банковская династия была основана в конце 18 века Майером Амшелем Ротшильдом. Он и его пять сыновей превратили свой банковский дом в многонациональное предприятие, а будущие Ротшильды расширились в ряд других отраслей.

Как семья Ротшильдов стала известной?

Семья Ротшильдов достигла известности в конце 18 — начале 19 веков при основателе банковской династии Майере Амшеле Ротшильде.Семейный банковский дом Майера получил огромную прибыль от наполеоновских войн, а его пятеро сыновей расширили бизнес от Франкфурта-на-Майне до Лондона, Парижа, Вены и Неаполя.

Какие теории заговора выдвигали семью Ротшильдов?

Историческое богатство и влияние семьи Ротшильдов сделали ее предметом многих теорий заговора, от заявлений о том, что Ротшильды контролируют погоду, до утверждений о том, что семья является марионеточным хозяином глобальных финансовых институтов.Эти теории, использующие ряд антисемитских стереотипов, оказались ложными. Узнать больше.

Майер Амшель Ротшильд

Фамилия Майера происходит от красного щита ( rot ) на доме в гетто, в котором когда-то жили его предки. Предназначенный для раввината, Майер недолго учился, но ранняя смерть родителей вынудила его пройти обучение в банковском доме. Вскоре после того, как Майер стал придворным фактором для Вильгельма IX, ландграфа Гессен-Кассельского, Майер установил образец, которому его семья должна была так успешно следовать — вести дела с правящими домами по своему усмотрению и иметь как можно больше сыновей, которые могли бы позаботиться о семье. семейные дела за границей.

Пятеро сыновей Майера

Начиная с торговцев предметами роскоши и монетами и коммерческими бумагами, Майер и его сыновья со временем стали банкирами, для которых французские революционные и наполеоновские войны 1792–1815 годов стали большой удачей. Майер и его старший сын Амшель руководили растущим бизнесом из Франкфурта, в то время как Натан основал филиал в Лондоне в 1804 году, Якоб поселился в Париже в 1811 году, а Саломон и Карл открыли офисы в Вене и Неаполе, соответственно, в 1820-х годах.Войны для Ротшильдов означали ссуды воюющим князьям; контрабанда, а также легальная торговля ключевыми продуктами, такими как пшеница, хлопок, колониальные продукты и оружие; и перевод международных платежей между Британскими островами и континентом, который Наполеон тщетно пытался закрыть для британской торговли. Мир трансформировал растущий бизнес Ротшильдов: банковская группа продолжала вести международный бизнес, но все больше и больше становилась агентом по государственным ценным бумагам (прусским или английским, французским или неаполитанским), акциям страховых компаний и акциям промышленных компаний.Таким образом, семья успешно адаптировалась к промышленной революции и участвовала в экономическом росте по всей Европе за счет инвестиций в железную дорогу, уголь, металлургию и металлургию. Банковская группа продолжала расширяться после 1850-х годов и, в частности, заняла важное место в мировой торговле нефтью и цветными металлами. Но его предыдущему олигополистическому положению серьезно угрожали новые акционерные и коммерческие или депозитные банки как в Англии, так и во Франции, а также в немецких государствах.К последней четверти XIX века группа Ротшильдов уже не была первым банковским консорциумом. Другие группы в Европе и США стали сильнее, богаче и предприимчивее.

Тем не менее, два принципа, изложенные Майером Амшелем для деловых операций Ротшильдов (которые, действительно, стали семейной традицией) — проводить все операции совместно и никогда не стремиться к чрезмерной прибыли — помогли в значительной степени компенсировать неизбежное риски, связанные с передачей бизнеса будущим поколениям, не все члены которых обладают квалификацией для управления им.Амшель, Натан, Якоб, Саломон и Карл — основатели консорциума Ротшильдов — сами были одарены неравно: Натан и Якоб выделялись среди своих братьев силой своих личностей — особенно Натана, который был жестким, намеренно грубым и саркастичным. . Якоб, равный своему брату во всех этих вещах, обладал смягчающей атмосферой некоторой утонченности в результате жизни в более изысканной атмосфере Парижа. У пяти учредителей, в свою очередь, были разные преемники. Например, если Альфонс в Париже (1827–1905) был достойным преемником своего отца, Якоб, его собственный сын Эдуард (1868–1949) не был такой сильной фигурой, как того требовало его положение.Но сын Эдуарда (Гай [1909–2007]) и его двоюродные братья (Ален [1910–82] и Эли [1917–2007]) проявили исключительную адаптивность и амбиции, тем самым подтвердив постоянный элемент в истории группы на протяжении полутора веков. : замечательная способность использовать возможности и адаптироваться как в бизнесе, так и в политике. Последовательные поколения семьи Ротшильдов одинаково активно участвовали в международных финансах и политике.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту.Подпишись сейчас

Второе поколение

Отделяя косвенные от личных и индивидуальных аспектов гегемонии династии в 19 веке, необходимо отметить, что, хотя первая группа Ротшильдов прибыла в свои новые страны чужими, незнакомыми с языками и обычаями и подчиненными зависть и конкуренция местных банкиров, они выделялись на фоне окружающих яростным желанием занять место под солнцем. Ко второму поколению, когда сыновья пяти братьев-основателей (среди которых были Энтони и Лайонел Натан в Лондоне, а также Альфонс и Густав в Париже) вошли в бизнес, Ротшильды были отполированы и усовершенствованы, а также натурализованы и национализированы. точка слияния с руководящими позициями без потери каких-либо семейных атрибутов.Возможно, что образование молодых Ротшильдов и чрезвычайно мирское существование глав различных домов помогли создать эту настоящую мутацию. С другой стороны, Ротшильды влияли на национальную экономику и политику своих стран так же сильно, как и на самих себя. Альфонс, например, как глава международного банковского синдиката, который в 1871 и 1872 годах разместил два крупных французских займа, известных как освободительные займы после поражения Франции от Пруссии, мог без нескромности хвастаться тем, что его влияние поддерживало главу французского правительства. Адольф Тьер у власти.В то же время в 1875 году Лайонел в Лондоне (где он был членом Палаты общин с 1858 года) смог за несколько часов уведомить о 4 млн фунтов стерлингов, которые позволили британскому правительству стать главным управляющим. акционер компании Суэцкого канала. Очевидно, двое двоюродных братьев стали важными гражданами в своих странах.

Лайонел Натан де Ротшильд.

Британская энциклопедия, Inc.

Были частые браки между кузенами Ротшильдов, и браки, как правило, — за очень редкими исключениями — заключались с евреями.Несмотря на количество их потомков и сложность их генеалогического древа, Ротшильды, особенно в Вене и Париже в нацистский период, сохранили семейное единство, необходимое для того, чтобы выдержать большие несчастья.

Ротшильды были удостоены большой чести. Пятеро сыновей Майера стали баронами Австрийской империи, один Ротшильд был первым евреем, вошедшим в британский парламент, а другой был первым, кто получил звание британского пэра. Глава британской ветви семьи всегда считался неофициальным главой британского еврейства.Члены британской и французской семей — единственные, кто все еще занимался банковской деятельностью после захвата нацистами австрийского дома — проявили себя как ученые и часто как филантропы. Барон Филипп де Ротшильд (1902–88) стал ведущим виноделом виноградника Мутон-Ротшильд. В 2003–2008 годах британский и французский дома были объединены, что ознаменовало воссоединение семейного бизнеса Ротшильдов впервые почти за два столетия.

Жан Бувье Редакторы Британской энциклопедии

Узнайте больше в этих связанных статьях Britannica:

Карл Майер фон Ротшильд — zxc.вики

Карл Майер фон Ротшильд

Кальман Майер Ротшильд (с 1817 Карл Майер фон Ротшильд , с 1822: Карл Майер Фрейхерр фон Ротшильд ) (родился 24 апреля 1788 года во Франкфурте-на-Майне; † 10 марта 1855 года в Неаполе) был немецким банкиром. из семьи Ротшильдов.

жизнь и работа

Он был четвертым сыном основателя династии Майера Амшела Ротшильда. Как и его четыре брата, он получил краткое традиционное еврейское образование.Он присоединился к компании своего отца в возрасте двенадцати лет.

Ради своего отца Ротшильд поддерживал контакты с курфюрстом Вильгельмом фон Гессен-Касселем в его изгнании. В 1810 году он стал партнером банковской и торговой компании «MA Rothschild & Sons». Его резиденция первоначально оставалась во Франкфурте. Тем не менее, он был в многочисленных поездках по Европе от имени компании. Как и его брат Якоб Ротшильд, он был вовлечен в контрабанду золота между Англией и Францией после 1810 года. Он также играл важную роль с 1814 года в обеспечении армии Веллингтона средствами и в переводе английских денежных выплат союзникам.

В 1818 году Ротшильд женился на Адельхейде Герц (1800–1853). У него было четыре сына и дочь.

  • Шарлотта (1819–1884) выходит замуж за Лионеля де Ротшильда (Лондон)
  • Майер Карл (1820-1886)
  • Адольф Карл (1823-1900)
  • Вильгельм Карл (1828–1901)
  • Ансельм Александр Карл (1835–1854) — умер в возрасте 18 лет

Также в 1818 году он принял участие в Ахенском конгрессе как представитель Ротшильдов. В последующие годы он поддерживал контакты с судами и правительствами в Берлине, Санкт-Петербурге, Вене и других столицах во время своих путешествий.Благодаря своим хорошим политическим связям Ротшильд внес свой вклад в дальнейшее развитие банка. В 1817 году он был возведен в дворянство, как и его братья, а в 1822 году он получил статус австрийского барона.

Вилла Пигнателли в Неаполе с видом на Везувий

В Неаполе в 1820 году он основал пятый банк Ротшильдов «CM de Rothschild e figli». Однако банк не был независимым, а оставался в подчинении материнской компании. В 1821 году он отправился в южную Италию с австрийскими войсками.Войскам была поставлена ​​задача подавить либеральное движение. Ротшильд в сотрудничестве со своим братом Саломоном финансировал армию.

Ротшильд жил часть года во Франкфурте, а другую часть в Неаполе. В 1818 году он приобрел виллу в стиле классицизма на Neue Mainzer Straße 31/33, в 1837 году — Günthersburg в Борнхейме, сад которой Себастьян Ринц спроектировал как английский ландшафтный сад. С 1829 года он был генеральным консулом Королевства Обеих Сицилий во Франкфурте.Его дом, Вилла Пигнателли, приобретенный в Неаполе в 1841 году, был одним из самых престижных домов в городе и привлекал посетителей со всей Европы.

Бывший замок Ротшильдов — ныне ратуша Хемсбаха

В последующие годы Ротшильд управлял банковским домом из Франкфурта. Большинство из его четырех сыновей после обучения тоже жили во Франкфурте. Двое из них, Майер Карл и Вильгельм Карл, взяли на себя управление штаб-квартирой во Франкфурте после смерти своего отца и бездетного дяди Амшеля Майера в 1855 году.После смерти Карла Майера его сын Адольф (1823–1900) продолжал филиал в Неаполе до 1863 года. После того, как он был закрыт в результате политического объединения Италии, Адольф переехал в Париж. Единственная дочь Карла Майера Шарлотта (1818–1886) вышла замуж за своего кузена Лайонела Натана Ротшильда, сына Натана Майера Ротшильда, в Лондоне в 1836 году.

Карл Майер фон Ротшильд умер в Неаполе, но был похоронен на еврейском кладбище на Рат-Бейль-штрассе. Он находится в саркофаге, созданном Эдуардом Шмидтом фон дер Лауницем вместе со своей женой и младшим сыном Ансельм Александр Карл (1835–1854).

Награды

С 17 века (1660) в Хемсбахе были зарегистрированы семьи иудейской веры. В 1845 году они построили собственную синагогу с ритуальной купальней (микве). Еврейское кладбище Хемсбаха существует с 1674 года и до 1940 года использовалось как общественное кладбище. С 1836 по 1872 год в Хемсбахе была еврейская начальная школа. В 1839 году Карл Майер фон Ротшильд купил бывшую замковую усадьбу в районе Хемсбахер, а затем стал первым почетным гражданином муниципалитета Хемсбах, который с 1979 года был городом Хемсбах.В состав замкового поместья входила вилла Блезен, построенная в 1764 году советником по охоте Пфальца фон Блезеном на месте бывшей конюшни старого Хемсбахер-Тифбург в стиле итальянского загородного дома, позже среднего крыла второго замка Хемсбахер. Примерно в 1850 году Карл Майер фон Ротшильд расширил виллу на два крыла и еще два этажа. Здание, которое сейчас называется Новым замком Хемсбах, приобрело тосканский, средиземноморский вид. Большой парк с избранными растениями завершил комплекс.

В 1925 году муниципалитет Хемсбаха выкупил здание у последнего частного владельца. После капитальной реконструкции сильно поврежденного здания замок Ротшильдов с 1928 года использовался как ратуша Хемсбаха. После последней реставрации, выполненной в оригинальном стиле, в 2009 году, здание теперь сияет в новом великолепии.

Его старший сын Майер Карл (1820–1888) приказал построить дворец Реннхоф в его честь в районе Хемсбах в Хюттенфельде в 1853 году, когда его отец был еще жив.С 16 февраля 1954 года здесь работает средняя школа Хюттенфельд. Через год после смерти слесаря-строителя недвижимость была продана князьям Левенштейн-Вертхайм-Фройденберг в 1889 году.

литература

  • Константин фон Вурцбах: Ротшильд, Карл Майер Фрайхерр фон. In: Biographisches Lexikon des Kaiserthums Oesterreich. 27 часть. Kaiserlich-Königliche Hof- und Staatsdruckerei, Вена, 1874 г., стр. 129–131 (оцифрованная версия).
  • Вольфганг Клётцер (Hrsg.): Frankfurter Biographie. Личная историческая лексика . Второй том. M — Z (= публикаций Франкфуртской исторической комиссии, . Том XIX, № 2). Вальдемар Крамер, Франкфурт-на-Майне 1996, ISBN 3-7829-0459-1.
  • Fritz Backhaus: Карл Майер Ротшильд. In: New German Biography (NDB). Том 22, Duncker & Humblot, Берлин 2005, ISBN 3-428-11203-2, стр. 134 ф. (Оцифрованная версия).Могильная плита на старом еврейском кладбище во Франкфурте-на-Майне для Карла Майера фон Ротшильда
  • Майер Ротшильд

    Борец за права евреев

    В 1806 году Карл фон Дальберг стал правителем Франкфурта. Ротшильд предоставил ему ссуды, в отличие от других банков. Взамен он попросил Далберга распространить права полного гражданства на всех евреев.Далберг предложил немедленно предоставить эти права Ротшильду, но ему нужно было больше времени, чтобы решить, что касается остальной части сообщества. Ротшильд отклонил это предложение, потому что он не считал себя более достойным, чем его единоверцы, и отказался получить приоритет. Лишь в 1811 году Ротшильду удалось добиться равных прав для евреев Франкфуртского гетто. Взамен они должны были заплатить Далбергу огромную сумму.

    В конце 1806 года Наполеон приказал наложить эмбарго на английские товары, запретив всякую торговлю с Англией.Торговцы, такие как Ротшильды, стали мастерами контрабанды запрещенных товаров и заработали много денег, продавая дорогостоящую контрабанду.

    Оказавшись в войне между Пруссией и Францией, Вильгельм покинул свой замок, чтобы жить в изгнании. Будерус продолжал служить посредником между ландграфом и Ротшильдом. Когда Вильгельм восстал против Вестфальского королевства, которым правил брат Наполеона Иероним, Будерус был арестован. Ротшильд и его сыновья, Саломон и Джейкоб, были помещены под домашний арест, а в их доме был проведен обыск.Они получили предварительное предупреждение об обыске и удалили или спрятали все компрометирующие. Ротшильда и его семью допрашивали почти неделю. Следствие закончилось тем, что начальник полиции потребовал и получил взятку. Ротшильд извлек важный урок из этого эпизода. Он решил больше не ограничивать свои услуги одним правителем.

    Ротшильд и Будерус стали молчаливыми партнерами. Вскоре после этого Вильгельм разрешил Натану Ротшильду управлять своими английскими счетами. Натан купил английские акции на свое имя для Вильгельма, что значительно увеличило его кредитоспособность.Используя деньги Вильгельма, Натан спекулировал и получил большую прибыль.

    В 1810 году Ротшильд реорганизовал свой бизнес, сделав своих взрослых сыновей полноправными партнерами, но сохранив за собой решающий голос. Имея слабое здоровье, он позволил своим сыновьям вести бизнес, а сам отдыхал и изучал английский язык.

    В марте 1811 года Якоб Ротшильд поселился в Париже, где основал французское отделение семейного банковского бизнеса. Под носом у французов Якобу ловко удалось перевести английские деньги герцогу Веллингтону, который воевал с Наполеоном на континенте.

    Несмотря на слабое здоровье, Майер Ротшильд был назначен членом Франкфуртской коллегии выборщиков, несмотря на возражения против включения еврея в этот орган. 19 сентября 1812 года Ротшильд умер во Франкфурте, оставив огромную бизнес-империю своим пятерым сыновьям.

    В 1817 году австрийский император сделал сыновей Ротшильдов дворянами. Амшель, Якоб и Кальманн изменили свои имена на Ансельм, Джеймс и Карл. Ансельм возглавил Франкфуртский филиал компании. Натан остался в Лондоне, став самым успешным из сыновей Ротшильдов.Саломон поселился в Вене и руководил австрийским отделением фирмы. Карл переехал в Неаполь и стал придворным банкиром королевства Бурбонов. Джеймс очень хорошо учился в Париже.

    Сегодня потомки управляют финансовой империей, охватывающей весь мир, с филиалами в Европе, Австралии, США, Канаде, Мексике, Рио-де-Жанейро, Токио, Гонконге и Сингапуре.

    WHKMLA: Ротшильды — еврейская семья в XIX веке, находящая собственный курс между ассимиляцией и сохранением наследия

    WHKMLA: Ротшильды — еврейская семья в XIX веке
    Найти собственный курс между ассимиляцией и сохранением наследия

    Вернуться к основному индексу WHKMLA.WHKMLA, Главная страница студенческих работ. WHKMLA, Работы студентов, Указатель 13-й волны Страница


    Ротшильды — еврейская семья в XIX веке
    Найти собственный курс между ассимиляцией и сохранением наследия Корейская академия лидерства Минджок
    Международная программа
    Юн, Сеохо
    Курсовая работа, курс европейской истории AP, ноябрь 2008 г.

    Содержание
    I. Введение
    II. Мейер Амшель Ротшильд
    II.1 Сын ювелира
    II.2 Опытный банкир и начало династии
    II.3 Достижение пика
    II.4 Брак и семья
    III. Натан Майер Ротшильд
    III.1 Первые дни
    III.2 Удачи в Лондоне
    III.3 Создание N.M. Rothschild & Sons
    III.4 Брак и семья
    IV. Саломон Майер Ротшильд
    IV.1 Первые дни
    IV.2 Начало и успех S.M. фон Ротшильд
    IV.3 Упадок в Вене
    IV.4 Постпенсионный
    IV.5 Брак и семья
    V. Джеймс Майер де Ротшильд
    V.1 Начало банковской империи
    V.2 Культурно преданный Ротшильд
    V.3 Успех в качестве предпринимателя
    V.4 Семья и брак
    VI. Карл Майер фон Ротшильд
    VI.1 Создание компании C.M. фон Ротшильд и Фигли
    VI.2 Преодоление ожиданий с успехом
    VI.3 Брак и семья
    VII. Заключение
    Библиография

    Введение
    С конца 18 века семья Ротшильдов стала одной из величайших банковских и финансовых династий мира.Ротшильды Семья имела большое влияние на европейскую историю и то, как работала экономика континентов. В этой статье мы подробно поговорим о семье.

    II. Мейер Амшель Ротшильд

    II.1 Сын ювелира
    Майер Амшель Бауэр родился во Франкфурте-на-Майне в Германии в 1743 году. Он был сыном Моисея Амшеля Бауэра, бродяги. кредитор и ювелир, уставший от странствий по Восточной Европе, решил поселиться в городе, где родился его первый сын.Он открыл магазин или контора на Юденштрассе (или Еврейской улице). Над дверью, ведущей в магазин, он поместил большой Красный Щит.
    В очень раннем возрасте Майер Амшель Бауэр показал, что он обладает огромными интеллектуальными способностями, и его отец проводил большую часть своего времени, обучая его всему. он мог рассказать о бизнесе по кредитованию денег и об уроках, которые он извлек из многих источников. Старший Бауэр изначально надеялся, что его сын будет обучен как Раввин, но безвременная смерть отца положила конец таким планам.

    II.2 Опытный банкир и начало династии
    Через несколько лет после смерти отца Майер Амшель Бауэр пошел работать клерком в банк, принадлежащий Оппенгеймерам, в Ганновере. Его превосходная способность была быстро узнал, и его продвижение в фирме было быстрым. Вскоре после этого он вернулся во Франкурт, где смог купить бизнес своего отца. был основан в 1750 году. Большой Красный щит все еще висел над дверью. Признавая истинное значение Красного щита, который принял его отец Майер Амшель Бауэр изменил свое имя на Ротшильд в качестве своей эмблемы с Красного флага, который был эмблемой революционно настроенных евреев в Восточной Европе. что означает «Красный щит» на немецком языке; так возник Дом Ротшильдов.

    II.3 Достижение вершины
    База для широкого накопления богатства была заложена в 1760-х годах, когда Майер Амшель Ротшильд возобновил свое знакомство с генералом фон Эсторфом. которого он выполнял по поручениям, работая в Оппенгеймерском банке.
    Генерал был близок с принцем Уильямом и благодаря своим отношениям с генералом; Ротшильд смог пригласить самого принца Уильяма. Его Высочество купил горстка его редчайших медалей и монет. Это была первая сделка между Ротшильдом и главой государства.Вскоре Ротшильд начал вести дела с другими князья. Он писал им письма, которые играли на их княжеском тщеславии, прося их покровительства. Типичное письмо было бы следующим:

    . «Мне выпала особая удача и счастье служить вашей высокой княжеской Безмятежности в разное время и к вашему величайшему удовлетворению. Я готов приложить всю свою энергию и все свое состояние, чтобы служить вашему благородному царственному спокойствию, когда в будущем вам будет угодно повелевать мной.Особенно мощный Для этого мне был бы дан стимул, если бы ваше высокое княжеское спокойствие выделило меня назначением в качестве одного из факторов двора вашего высочества. я осмеливаясь умолять об этом с большей уверенностью в том, что, поступая так, я не создаю никаких проблем; в то время как с моей стороны такое различие сняло бы укрепить мое коммерческое положение и помочь мне во многих других отношениях, которые, как я уверен, сделают мой собственный путь и удачу здесь, во Франкфурте.»

    Его тактика окупилась. 21 сентября 1769 года Ротшильду удалось прибить вывеску с гербом Гессен-Ханау к фасаду своей лавки. Золотыми буквами было написано: «М.А. Ротшильд, по назначению дворца его безмятежного высочества принца Вильгельма Ханау».

    II.4 Брак и семья
    В 1770 году Майер Амшель Ротшильд женился на Гутеле Шнапер, которой было семнадцать лет. У них была большая семья из пяти сыновей и пяти дочерей.Их сыновья были Амшель, Саломон, Натан, Кальманн (Карл) и Якоб (Джеймс). Их дочерьми были Шонче Жаннетт, Изабелла, Бабетта, Жюли и Генриетта.

    III Натан Майер Ротшильд

    III.1 Первые дни
    В 1798 году, в возрасте 21 года, он поселился в Манчестере и основал бизнес по торговле текстилем и финансам. Позже он переехал в Лондон, Англия. и заработал состояние на торговле векселями с финансовыми инструментами, такими как иностранные векселя и государственные ценные бумаги, через банковское предприятие, начиная с 1805 г.С 1809 года Натан начал торговать золотыми слитками и сделал это краеугольным камнем своего дела.

    III.2 Удачи в Лондоне
    С января 1814 года он заключил выгодный британский правительственный контракт на закупку большого количества слитков, чтобы поставлять монеты для оплаты. Войска Веллингтона во время кампании в Европе против Наполеона и для выплаты субсидий британским союзникам. Его четыре брата помогали координировать деятельность по всему континенту, и семья создала сеть агентов, грузоотправителей и курьеров для перевозки золота и информации по Европе.
    Эта частная разведывательная служба позволила Натану узнать в Лондоне о победе Веллингтона в битве при Ватерлоо за день до войны. официальные посланники правительства. Он хорошо использовал эту разведку, покупая акции по чрезвычайно низкой цене, поскольку ходили слухи, что Британская армия проигрывала. В 1818 году он организовал ссуду прусскому правительству в размере 5 миллионов фунтов стерлингов, и выпуск облигаций для государственных ссуд сформировал опора его банковского бизнеса.Он получил такое могущественное положение в лондонском Сити, что к 1825 году он смог обеспечить достаточное количество монет в лондонском Сити. Банк Англии, чтобы предотвратить кризис ликвидности.

    III.3 Создание N.M. Rothschild and Sons
    В 1835 году он заключил контракт с испанским правительством, дающий ему права на рудники Альмаден на юге Испании, фактически получив европейское монополия на ртуть. Он основал свой лондонский бизнес «Н. М. Ротшильд и сыновья» в Нью-Корт на Сент-Суизинс-лейн в лондонском Сити, где он и сегодня торгует.Он также купил загородный дом в парке Ганнерсбери недалеко от Актона в западном Лондоне.

    III.4 Брак и семья
    22 октября 1806 года в Лондоне он женился на Ханне Барент-Коэн. Их детьми были Шарлотта, Лайонел Натан, Энтони Натан, Натаниэль, Ханна. Майер, Генри Фицрой, Майер Амшель и Луиза. Лайонел Нэйшн Ротшильд был первым еврейским членом парламента или Палаты общин. Он сыграл важную роль в предоставлении британскому правительству ссуды Египту для строительства Суэцкого канала.

    IV. Саломон Майер Ротшильд

    IV.1 Первые дни
    Саломон фон Ротшильд был третьим ребенком и вторым сыном Майера Амшеля Ротшильда. Он стал акционером банка de Rothschild Freres. когда он был открыт в Париже в 1817 году его братом Джеймсом Майером де Ротшильдом. Имея финансовое образование и многолетний опыт работы, в 1820 г. Саломон. Ротшильда отправили в Австрию, чтобы официально оформить участие семьи в финансировании проектов правительства Австрии.

    IV.2 Начало и успех С. М. фон Ротшильда
    В Вене Саломон фон Ротшильд основал компанию S.M von Rothschild. Бизнес профинансировал сеть железнодорожного транспорта Нордбан, первую партию Австрии. железной дороги, а также финансирование различных государственных предприятий, где требовалось привлечь большие суммы капитала. Он установил связи среди жителей страны. аристократия и ее политическая элита через князя Клеменса Меттерниха и Фридриха фон Генца.
    Под руководством Саломона фон Ротшильда венский банк добился большого успеха, сыграв неотъемлемую роль в развитии австрийского банка. экономия.Личное состояние Саломона фон Ротшильда было огромным, он приобрел обширную собственность и вложил средства в искусство и предметы старины.

    IV.3 Упадок в Вене
    Несмотря на то, что он внес существенный вклад в благотворительные цели, концентрация огромных богатств несколькими членами австрийской элиты привел к нарастанию гражданских волнений в стране. Ко времени революций 1848 года в Габсбургских областях анти-Ротшильдовские настроения часто были быть озвученным и написанным в информационных листках, таких как Ein offener Brief an Rothschild .С падением Меттерниха Саломон фон Ротшильд потерял часть своего политического влияния и значительную сумму денег в банке. Под давлением 74-летний мужчина передал бразды правления банком в свои руки. сын Ансельм, но не без злобы.

    IV.4 После выхода на пенсию
    Он покинул Вену и удалился в Париж, где умер в 1855 году. Из его коллекции некоторые из Objets d’Art итальянского и французского Возрождения. вместе с произведениями XVIII века были переданы в дар Лувру, в том числе две картины Карло Дольчи.

    IV.5 Брак и семья
    В 1800 году он женился на Кэролайн Стерн, и их детьми были Ансельм Саломон и Бетти Саломон. Эндогамия была неотъемлемой частью концепции Ротшильдов. семейная стратегия для будущего успеха, чтобы гарантировать, что контроль над своим бизнесом останется в руках семьи. Поэтому в 1824 году Саломон Майер Дочь Ротшильда Бетти вышла замуж за своего дядю Джеймса Майера де Ротшильда, главы парижского банка.

    V. Джеймс Майер де Ротшильд

    V.1. Начало банковской империи
    Джеймс де Ротшильд был пятым сыном и младшим ребенком Майера Амшеля Ротшильда. Он переехал в Париж в 1811 году и в 1817 году расширил семью. Банковская империя в город, открытие де Ротшильд Фререс. В 1822 году Джеймс де Ротшильд вместе со своими четырьмя братьями был удостоен наследственного титул «Freiherr» (барон) австрийским императором Священной Римской империи Франциском II.
    После июльской революции 1830 года, когда к власти пришел Луи-Филипп, Джеймс де Ротшильд составил пакет займов для стабилизации финансов. нового правительства и второй ссуды в 1834 году.В благодарность за его заслуги перед нацией король Луи-Филипп возвел его в звание великого офицера королевской власти. Почетный легион.

    V.2 Посвященный культуре Ротшильд
    Джеймс де Ротшильд и его утонченная венская жена были в центре парижской культуры. Шеф-поваром их щедрых приемов был Антонин Карем. Они покровительствовали крупным деятелям искусства, включая Джоаккино Россини, Фридриха Шопена, Хонор? де Бальзак, Эжен Делакруа и Генрих Гейне. В знак признания многолетнего покровительства барона Джеймса и его жены Бетти в 1847 году Шопен посвятил свою Valse Op.64, N 2 до-диез минор их дочери Шарлотте. В 1848 году Жан Огюст Доминик Энгр написал портрет Бетти де Ротшильд.
    Помимо своей коммерческой деятельности, он сделал первые значительные приобретения для огромных коллекций произведений искусства французской семьи. Его искусство включало Вермеера Работа 1668 года «Астроном», которая оставалась в семье, пока не стала собственностью Лувра в 1970-х годах. Он также использовал свое огромное богатство для занимается благотворительностью и стал лидером французской еврейской общины.Вклад Джеймса во Францию, а также вклад его потомков можно найти во многих областях, включая медицину и искусство.
    В 1854 году он поручил известному архитектору Джозефу Пакстону построить замок Феррирес в Феррирез-ан-Бри, примерно в 35 км к востоку от Парижа. Недвижимость оставался домом для наследников мужского пола до 1975 года, когда Ги де Ротшильд подарил его Парижскому университету. Помимо банковского бизнеса, В 1868 году Джеймс де Ротшильд приобрел Шато Лафит, один из самых выдающихся виноградников Франции.Расположенный в регионе Бордо, это предприятие, остается в семье по сей день.

    Т.3 Успех предпринимателя
    Он был самым влиятельным банкиром в стране и после наполеоновских войн сыграл важную роль в финансировании строительства железных дорог и добычи полезных ископаемых. бизнес, который помог сделать Францию ​​индустриальной державой. Волевой и проницательный бизнесмен, Джеймс де Ротшильд сколотил состояние, которое сделало его одним из самые богатые люди в мире.
    Барон Джеймс де Ротшильд умер в 1868 году, всего через три месяца после покупки виноградника Шато Лафит. Согласно писаниям его племянника Натаниэля, 4000 через гостиную прошли люди, 6000 человек стояли во дворе, а улицы от Rue Laffitte до кладбища P ?re Lachaise были залиты зеваки. Джеймс де Ротшильд оставался активным в бизнесе на протяжении всей своей жизни, так успешно расширяя свои интересы на континентальных железных дорогах, что ко времени своего смерти, столица парижского дома намного превосходила столицу других членов его семьи.

    V.4 Семья и брак
    11 июля 1824 года во Франкфурте-на-Майне, Германия, он женился на Бетти Саломон фон Ротшильд, дочери своего брата Саломона Майера. Гюстав Самуэль, Саломон Джеймс и Эдмон Бенджамин — их дети.

    VI. Карл Майер фон Ротшильд

    VI.1 Создание компании C M de Rothschild & Figli
    Калманн Майер Ротшильд родился во Франкфурте-на-Майне, он был четвертым из пяти сыновей Майера Амшеля Ротшильда.Он станет известен как «Карл» в семья, за исключением его английских родственников, которые перевели это слово как «Чарльз». Он обучался банковскому делу своего отца и жил дома до двадцати девяти лет, когда он приобрел скромную резиденцию на Нойе Майнцерштрассе, 33 во Франкфурте-на-Майне. С момента оккупации Неаполя австрийской армией в 1821 году появилась возможность Чтобы Ротшильды открыли бизнес в Королевстве, Карла Ротшильда отправили в Неаполь, где он основал компанию C M de Rothschild & Figli, чтобы работать в качестве сателлита. офис банковской семьи Ротшильдов в штаб-квартире Германии во Франкфурте-на-Майне.

    VI.2 Успешное преодоление ожиданий
    Банк C M de Rothschild & Figli предоставил значительные ссуды Папской области и различным королям Неаполя, а также герцогству Парма и Великому герцогству. Тоскана. Карла Ротшильда иногда считали наименее одаренным из пяти братьев, и сначала он столкнулся с некоторыми трудностями. В 1830-х годах Неаполь последовал за Испанией. с постепенным отходом от обычных выпусков облигаций, который начал влиять на рост и прибыльность банка.Во второй половине 1840-х гг. не показывал роста и был лишь незначительно прибыльным.
    Однако в Неаполе он проявил себя как сильный финансовый менеджер и человек, очень способный наладить важные деловые связи. Он учредил хорошие рабочие отношения с Луиджи де Медичи, «Директором делла Сегретерия ди Азиенда дель Реньо ди Наполи» (министром финансов), и его деятельность стала доминирующий банковский дом в Неаполе. В результате успеха Карла Ротшильды имели значительное банковское присутствие в Англии и трех других крупных европейских столицах. давая семье значительное влияние и преимущество перед конкурентами.

    VI.3 Брак и семья
    Он женился 16 сентября 1818 года на Адельхейде Герце. У них будут Шарлотта, Майер Карл Адольф Карл, Вильгельм Карл и Ансельм Александр Карл в качестве их дети.
    Через два года после смерти его жены Адельхайд в 1853 году и через год после того, как их сын Ансельм Александр Карл умер в возрасте восемнадцати лет, Карл фон Ротшильд умер в Неаполе. Одна седьмая часть его состояния досталась его дочери Шарлотте, а остальное было разделено поровну между тремя его выжившими сыновьями.Адольф Карл возглавил бизнес в Неаполе от отца и Майера Карл и Вильгельм Карл наследовали бездетному дяде Амшелю во Франкфурте.

    VII Заключение
    Отделяя косвенные аспекты от личных и индивидуальных аспектов гегемонии династии в XIX веке, необходимо отметить, что, хотя первая группа Ротшильдов прибывшие в свои новые страны чужими, незнакомые с языками и обычаями и подверженные зависти и конкуренции со стороны местных банкиров, они выделялись среди окружающих. их яростным желанием занять место под солнцем.Ко второму поколению, когда сыновья пяти братьев-основателей (известные среди них Энтони и Лайонел Натан в Лондоне, Альфонс и Густав в Париже) вошли в бизнес, Ротшильды были отполированы и усовершенствованы, а также натурализованы и национализированы до такой степени, что они слились с руководящими должностями. без потери каких-либо семейных атрибутов. Возможно, что образование молодых Ротшильдов и чрезвычайно мирское существование глав различных домов помогли создать это настоящая мутация.
    С другой стороны, Ротшильды влияли на национальную экономику и политику своих стран так же сильно, как и на самих себя. Альфонс, например, как Глава международного банковского синдиката, который в 1871 и 1872 годах разместил два больших французских займа, известных как освободительные займы после поражения Франции от Пруссии, без нескромности мог похвастаться что его влияние поддерживало у власти главу французского правительства Адольфа Тьера. В то же время в 1875 году Лайонел в Лондоне (где он был членом Палаты Commons с 1858 г.), смог за несколько часов уведомить о 4 000 000 фунтов стерлингов, которые позволили британскому правительству стать основным акционером Компании Суэцкого канала.Очевидно, двое двоюродных братьев стали важными гражданами в своих странах.
    Между кузенами Ротшильдов часто заключались браки, и браки, как правило, — за очень редкими исключениями — заключались с евреями. Несмотря на количество потомков и сложность своего генеалогического древа, Ротшильды, особенно жители Вены и Парижа в нацистский период, сохранили семейное единство, необходимое для того, чтобы выдерживать большие несчастья.
    Ротшильды были очень почетными.Пятеро сыновей Майерса стали баронами Австрийской империи, один Ротшильд был первым евреем, вошедшим в британский парламент, а другой был первым, кто стал евреем. возведен в британское пэрство. Глава британской ветви семьи всегда считался неофициальным главой британского еврейства. Члены британской и французской семей — единственные, кто все еще занимался банковским делом после захвата нацистами австрийского дома, — проявили себя как ученые и часто как филантропы.Барон Филипп де Ротшильд (1902–88) стал ведущим виноделом на винограднике Мутон-Ротшильд.

    Библиография

    Примечание: указанные ниже веб-сайты были посещены в декабре 2008 года.
    1. Ротшильды; Фредерик Мортон; Kodansha International. 1991.
    2. Статья Rothschild Banking Family, от Википедия, последнее изменение 11 сентября 2008 г. http://en.wikipedia.org/wiki/Rothschilds
    3. Веб-сайт семьи Ротшильдов, История http: // www.rothschild.info/history/
    4. Статья Семья Ротшильдов, из Sourcewatch, последнее изменение 14 ноября 2008 г. http://www.sourcewatch.org/index.php?title=Rothschild_family
    5. Архивы Ротшильдов, http://www.rothschildarchive.org/
    6. Статья: Семья Ротшильдов, из Британской энциклопедии . 2008 г. Энциклопедия Britannica Online. 29 ноября 2008 г. http://www.britannica.com/EBchecked/topic/510613/Rothschild-family.
    7. Ротшильды: первые бароны банковского дела, Руперт Райт, The National, 2008 г., http: // www.globalresearch.ca/index.php?context=va&aid=10855
    8. Concordia, Integritas, Industria — Ротшильды — LCF Rothschild Group http://www.lcf-rothschild.com/en/groupe/rothschild/concordia.asp

    Вернуться к основному индексу WHKMLA. WHKMLA, Главная страница студенческих работ. WHKMLA, Работы студентов, индекс 12-й волны, страница

    Майер Карл фон Ротшильд (1820


    Майер Карл фон Ротшильд (1820 — 1886)

    ist der Enkel von Mayer Amschel Rothschild, dem Begründer der Familiendynastie.1820 г. странник как альтестер Зон фон Карл Майер и сейнер фрау Адельхайд Херц geboren. Wie seine Brüder wird er ausschließlich privat unterrichtet und später in den verschiedenen Niederlassungen der Rothschild-Banken в Europa kaufmännisch ausgebildet. В Göttingen und Berlin studiert er Rechtswissenschaften und hört dabei auch Philologische und Historische Vorlesungen. В апреле 1842 года наследник в лондонской сене. Кузина Луиза де Ротшильд и коммант с их речью Эрстен Тохтер, Адель, 1843 год до Франкфурта.Das Ehepaar erwirbt als Wohnhaus für die Familie das klassizistische Haus am Untermainkai 15, das heute als Rothschild-Palais bekannt das Jüdische Museum Frankfurt beherbergt.

    Unter der Leitung seines Onkels Амшель Майер Ротшильд, новичок в Франкфуртерском банке zu arbeiten und erlebt die politischen Umbrüche um 1848 hautnah mit.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *