19.07.2024

Гугл брин: «Конец эпохи»: основатели Google Сергей Брин и Ларри Пейдж оставят руководящие посты в Alphabet

«Конец эпохи»: основатели Google Сергей Брин и Ларри Пейдж оставят руководящие посты в Alphabet

Основатели Google Ларри Пейдж и Сергей Брин оставят руководящие посты в Alphabet, головной компании Google, говорится в сообщении организации. В нем не указано, почему Брин и Пейдж приняли такое решение, но подчеркивается, что они продолжат принимать участие в работе компании как сооснователи, основные акционеры и члены совета директоров Alphabet. В их владении также останутся более чем 50% акций компании.

Пейдж занимал должность гендиректора Alphabet, Брин — президента компании. После их ухода должность президента упразднят, а новым гендиректором станет глава Google Сундар Пичаи. Он будет совмещать должности и останется в составе совета директоров.

«Если бы компания была человеком, то в этом году ей исполнился бы 21 год и пришла бы пора покинуть гнездо. Хотя это была огромная привилегия — быть глубоко вовлеченным в ежедневный менеджмент компании, мы считаем, что пришло время принять на себя роль гордых родителей: предложить свой совет и любовь, но не каждодневное ворчание», — отметили Пейдж и Брин в своем письме.

Они пообещали, что будут «регулярно общаться» с Пичаи. «Мы очень смущены тем, что маленький исследовательский проект вырос в источник знаний и расширения возможностей для миллиардов — это ставка, которую сделали мы, два студента Стэнфорда», — добавили основатели Google.

Реклама на Forbes

Уход Пейджа и Брина опускает занавес после одного из самых успешных двойных управлений компанией в истории, комментирует Financial Times. «Решение основателей — конец эры для Google», — соглашается The New York Times. Пейдж и Брин персонифицировали компанию и стали одними из самых влиятельных фигур в технологическом секторе: в одном ряду с сооснователем Apple Стивом Джобсом и сооснователем Microsoft Биллом Гейтсом, пишет газета. Пейдж и Брин не сильно проявляли себя в публичном поле в последние годы: Пейдж даже пропустил ежегодное собрание акционеров Alphabet в июне, чем вызвал критику в свой адрес, отмечает американский Forbes. Сама компания столкнулась с рядом трудностей: это как антимонопольное расследование властей США, так и недовольство сотрудников по ряду вопросов, в том числе по контрактам с госорганами США или случаям домогательств в компании, заметил журнал.

Пейдж и выходец из России Брин основали Google в 1998 году. В 2015 году была создана Alphabet как головная компания, которая объединила поисковик и другие проекты. Сундар Пичаи работает в Google с 2004 года, в августе 2015 стал гендиректором компании.

Фото: Paul Sakuma / AP/TASS

15 бизнесменов, изменивших представление о России. Рейтинг Forbes

15 фото

Harvard Business Review Россия

Все происходило шесть лет назад, но я и сейчас могу пересказать историю нашего превращения в публичную компанию в мельчайших подробностях. Она была типично гугловской и многое говорит о нас.

СМИ предсказывали, что, если Google станет публичной, от ее прежнего духа не останется и следа. Дэнни Салливан, знаток отрасли и редактор интернет-бюллетеня Search Engine Watch, сказал тогда, что «едва ли с Goolge может стрястись что-нибудь хуже IPO». Прогнозировали, что мы сразу же разделимся на «имущих» и «неимущих» — в зависимости от долей в акционерном капитале Google. Что лучшие специалисты продадут свои акции и уйдут. Что новая цель — угодить Уолл-стрит — заставит нас забыть главные наши ценности: объективность и независимость. Что, развивая структуру, необходимую для того, чтобы Google стала публичной компанией, мы волей-неволей снизим уровень своих разработок. Наконец, все опасались, что Google, прежде блистательный стартап, утратит свою знаменитую эксцентричность, творческий дух и, как следствие, — новаторство.

Ничего этого не случилось. Я убежден, что по сути мы не изменились, только стали гораздо крупнее. Мы остались верны своим ценностям, в том числе и потому, что избрали необычный способ превращения в публичную компанию. Ларри Пейдж и Сергей Брин, основатели Google, начали свое «Письмо учредителей», которое было потом включено в проспект эмиссии акций, планируемых к размещению, словами: «Google — компания не типичная. И всегда будет такой». Далее они предупреждали потенциальных инвесторов, что мы будем вкладывать деньги в рискованные проекты, которые могут оказаться очень удачными, но могут вообще не окупиться. Выбор нового пути еще не гарантирует выдающихся успехов, и сам путь этот может быть тернистым. Путь Google к IPO вовсе не был гладким.

Google основана в 1998 году. Я пришел туда тремя годами позже. Хотя мы быстро росли — в смысле прибыли и количества сотрудников, мы не спешили превращаться в публичную компанию. Но мы достигли определенной величины, а главное, хотели, чтобы сотрудники получили долю в нашем предприятии. И в начале 2004 года мы оказались в такой ситуации: согласно американскому законодательству о рынке ценных бумаг мы должны были обнародовать наши финансовые результаты. По закону, раз у Google было 500 акционеров, ей полагалось предоставлять финансовую информацию Комиссии по ценным бумагам и биржам и в течение 120 дней после окончания того года, когда у нее появился 500-й акционер, опубликовать сводный финансовый отчет.

До конца апреля 2004 года мы должны были подать в Комиссию по ценным бумагам и биржам заявление о регистрации. Но законодательство не требовало от нас проводить IPO. Мы могли вообще не продавать акции на бирже, а обязаны были лишь обнародовать свои финансовые результаты.

У нас было три пути. Мы могли реструктурироваться, сократив число акционеров, чтобы их стало меньше 500 (по сути, это означало выкуп акций у сотрудников). Мы могли остаться частной компанией, но должны были раскрывать Комиссии свои финансовые результаты, как любая публичная компания. Или же мы могли стать публичной компанией в полном смысле слова. Понятно, что мы перебрали несколько нетривиальных вариантов: например, возможность создать внутренний рынок для акций Google, принадлежавших нашим сотрудникам. В итоге мы пошли путем, обычным для высокотехнологичной компании с венчурным капиталом, то есть осуществили первоначальное размещение своих обыкновенных акций. Но мы очень хотели сделать это каким-нибудь необычным способом.

Голландский аукцион

Для каждой проблемы мы стараемся найти оптимальное решение и гордимся этим. Задачу превращения в публичную компанию мы представили себе как масштабный IQ-тест. Как продавать акции? Почем? К кому обратиться за помощью? Как правильнее — погуглистее — провести IPO?

Обсуждая эти вопросы, мы перелопатили множество информации по предыдущим IPO и поняли, что не все в этом деле нам нравится. Например, нам не хотелось остаться с носом, подобно многим высокотехнологичным компаниям, которые стали публичными. С нашей точки зрения, разница между ценой IPO и ценой акций компании к концу первого дня или первой недели торгов — это деньги, которые должны достаться компании. Но обычно по цене IPO покупать акции могут только институциональные инвесторы, связанные с гарантийными синдикатами. Через несколько дней они продают свои акции с большой прибылью. Нам это явно не подходило. Мы хотели, чтобы все было прозрачно и открыто — и чтобы наши пользователи тоже могли купить акции Google.

Мы стали перебирать разные варианты. И самым интересным нам показался принцип инвестбанка WR Hambrecht из Сан-Франциско. Там утверждали, что для привлечения капитала есть способ лучше традиционного IPO — так называемый голландский аукцион. Компания собирает заявки всех заинтересованных инвесторов и классифицирует их в соответствии с тем, сколько средств каждый из них готов выделить на покупку. Затем компания (и ее банкиры) начинает торги с самой высокой цены. Они продолжаются до тех пор, пока не определится максимальная цена, за которую можно было бы продать все акции, которые предполагалось разместить. На ней (или по каким-то причинам на более низкой) компания может остановиться и продать на бирже по этой цене или дороже столько акций, сколько будет на них охотников.

Нам понравился этот вариант. Дело в том, что мы продвали рекламу тоже через аукцион, так что эта бизнес-модель была нам знакома. А поскольку мы понимали ее, мы увидели тут что-то свое, родное. Кроме того, нам понравилась идея аукциона, открытого для всех — не только для институциональных инвесторов, но и для частников. Мы надеялись благодаря аукциону получить больше, чем на традиционном IPO, когда цену за акцию назначают, и рассчитывали, что курс не изменится и после того, как наша компания станет публичной.

Знаю, это похоже на утку, но окончательно мы склонились в пользу голландского аукциона после того, как получили письмо от одной «маленькой старушки» — она сама так себя назвала. Она написала что-то вроде: «Я не понимаю, почему я не могу заработать на вашем IPO так же, как биржевые брокеры». Нам показалось, что она имела в виду справедливость системы в целом. И тогда мы решили усовершенствовать модель WR Hambrecht и разработать собственную версию IPO, хотя, конечно, тем самым очень усложнили себе жизнь. Ничего подобного ни одна компания нашего масштаба еще не делала. Наш аукцион по размаху должен был значительно превысить все прежние IPO-аукционы. И нам предстояло создать соответствующую этому размаху систему, которую вдобавок должна была завизировать Комиссия по ценным бумагам и биржам. Уолл-стрит отнеслась к нашему решению как к откровенному нахальству. Биржевой аналитик Генри Блод-жет писал в журнале Slate: «Участие в IPO-аукционе, который устраивает Google, — это не инвестирование, а лотерея и, скорее всего, напрасная трата времени и денег».

Мы, не теряя присутствия духа, разрабатывали структуру нашего IPO. И перестали общаться с прессой. Согласно правилам Комиссии со дня подачи регистрационного заявления начинается «период молчания»: в это время мы не имели права сообщать о себе какую-либо информацию кроме отраженной в проспекте эмиссии. Google была тогда в центре внимания прессы, только ленивый не критиковал нашу компанию, методы управления, культуру, наше IPO. А так как мы должны были молчать, то не могли защититься и переубедить общественность.

«Вряд ли стоит покупать что-нибудь на этом IPO» — такой вывод сделал колумнист Business Week и был не одинок в своей неприязни к нам. Мы ничего поделать не могли — мы хранили молчание. Но понимали, что никто на самом деле не представляет себе, что такое Google. Все, что о нас писали, не имело никакого отношения к действительности. В конце концов мы опубликовали свои финансовые результаты, но до того в глазах многих были (а может, и остаемся) кучкой идиотов, пялящихся на свои прикольные лава-лампы. Однако мы и правда пошли на взлет, это факт.

Что-то вроде чистилища

Приближался день подачи заявки на IPO, а дел еще было по горло. Скажем, за неделю до установленной даты мы спохватились, что нам не хватает членов совета директоров: по стандартам и Nasdaq, и Нью-Йоркской фондовой биржи независимых директоров полагалось на три больше. Мы быстренько добавили трех тяжеловесов. Еще нас критиковали за то, что мы разделили акции на два класса — А (с одним голосом) и В (10 голосов каждая, при продаже они превращаются в класс А).

Народ вычислил, когда мы будем подавать заявку на IPO, и в конце апреля СМИ занялись нами вплотную. Лавина сообщений в прессе, кольцо дежурящих вокруг нашего здания телевизионных автобусов; телефоны наших пиарщиков, вынужденных молчать, расплавлялись от звонков; у сотрудников разыгралась фантазия — в общем, то еще было времечко. Закон обязывал нас представить финансовые отчеты 29 апреля к 14:00. Но мы сделали ход конем: о том, что Google станет публичной, мы объявили на весь мир в 11 утра. Это застало всех врасплох.

А дальше мы вместе с уже запущенной процедурой IPO оказались в своего рода чистилище. Мы ждали реакции Комиссии по ценным бумагам и биржам на наше заявление на регистрацию выпуска ценных бумаг и предоставляли всю запрашиваемую ею информацию. Это — обязательная часть процедуры, но в нашем случае она длилась дольше, чем обычно, потому что Комиссии надо было как следует вникнуть в наши планы проведения аукциона. Короче говоря, с мая по начало августа наши юристы и руководство занимались тем, что снимали вопросы Комиссии. Идея включить в проспект «Письмо учредителей» дела не ускорила. В письме Ларри и Сергея говорилось о ценностях Google, в согласии с которыми мы хотели управлять компанией. Задача Комиссии — оценивать, насколько полны и точны приводимые в проспекте данные, качественные и количественные, а не анализировать и комментировать ценности. Нам дали понять, что письмо из проспекта лучше бы убрать, дабы не сбивать с толку потенциальных инвесторов. Но мы его отстояли. Призываю всех это письмо прочитать. И сейчас, шесть лет спустя, сформулированные в нем ценности нисколько не устарели, и мы по-прежнему стоим на них.

К тому моменту общий тон в СМИ стал столь неприязненным по отношению к нам, что мы перестали читать и слушать, что о нас пишут и говорят, хотя я до сих пор храню все вырезки. Один аналитик закончил свою статью так: «Google вбивает гвоздь в крышку гроба IPO высокотехнологичных компаний». Я всегда считал, что отрицательные отзывы на самом деле были только на пользу нашему бизнесу, ведь это заставляло нас более объективно оценивать собственные действия. Наш доход зависит от трафика, а наш трафик тогда стремительно увеличивался. Я усматриваю тут явную зависимость.

Теперь все шло к тому, что Google станет публичной в августе. Мы уже знали, что август — самое неудачное для этого время: Уолл-стрит сплошь в отпусках. Но похоже было, что мы, затянув дело, попадали на конец августа. Памятуя о том, что чем дальше в лес, тем больше дров, тянуть до сентября мы не хотели. И двигались вперед, и все начало понемногу выстраиваться. И тут… вышел сентябрьский номер журнала Playboy. Оказалось, что еще в апреле Ларри и Сергей дали ему пространное интервью, и редакция поставила его в этот номер. Это было вполне обычное интервью (и без фривольных картинок, хочу заметить), но оно едва не поставило крест на нашем IPO.

Cветопреставление началось

Беда в том, что интервью, в котором, естественно, говорилось о нашей компании, могли счесть нарушением «периода молчания» — об этом правиле я уже упоминал. Началось светопреставление, и в Комиссии решили, что надо заставить нас отложить IPO. За месяц до того Комиссия перенесла на другой срок IPO компании Salesforce. com, потому что во время своего «периода молчания» Salesforce упомянули в длинной статье, напечатанной в New York Times (интересно, что статья называлась так: «Это не Google. Это другое крупное IPO»). Публикация и вызванный ею общественный резонанс побудили Комиссию надавить на Salesforce, чтобы она повременила со своим IPO. Мы опасались той же участи.

Я позвал Ларри и Сергея, чтобы расставить точки над «i»: сказать, что их вины тут нет; они не ведали, что творят, и я это знал. Дел было невпроворот, но прежде всего мне хотелось снять камень с их души. Затем, поработав с чиновниками из Комиссии, мы пришли к такому решению: включили интервью для Playboy в свое официальное заявление как приложение — чтобы его мог прочитать любой вероятный инвестор.

В середине августа открылась подписка по объявленной нами стартовой цене: $106—135 за акцию. Обстановка была напряженной. Несколько высокотехнологичных компаний решили, что рынок не готов, и отменили свои планы IPO. Да и с заявками на покупку акции Google не все обстояло благополучно. Мы словно попали в водоворот плохих новостей. Интервью в Playboy стало неисчерпаемым источником веселья для ученых мужей и ведущих ток-шоу. Мы выдержали несколько месяцев артобстрела со стороны СМИ. Комиссия решила разобраться с нашей опционной программой для сотрудников. А наши финансовые результаты за второй квартал временно оказались «скромными», и аналитики сомневались, что нам удастся сохранить прежние темпы роста (вскоре все вернулось на круги своя).

А кроме того, мы навлекли на себя гнев Уолл-стрит. Мы хотели, чтобы все инвесторы — и мелкие, и крупные институциональные — получали от нас более или менее одинаковую информацию; это соответствовало принципу аукциона. Обычно институциональные инвесторы глубже вникают в суть вопроса, когда встречаются с руководителями ИТ-компаний, готовящихся к IPO. Им не понравилось, что в стандартную презентацию менеджмента Google (доступную онлайн как для частных, так и для институциональных инвесторов) мы включили дополнительные подробности. То, что мы сделали откровенно любительский видеофильм о наших руководителях, нас не спасло. Критиковали наши встречи с инвесторами, особенно с представителями взаимного и хеджевого фондов в нью-йоркском отеле Waldorf-Astoria, за несерьезность и поверхностность (что справедливо — и в том, и в другом отношении).

Заявок на покупку акций было не так много. И мы уже подумывали, что напрасно решились на аукцион. Те же заявки, которые поступали, не превышали предложенный нами ценовой минимум, а то и были ниже. Когда период подачи заявок закончился, стало ясно, что мы не продадим все акции, которые планировали продать, по желательной для нас цене. Я встретился с советом директоров: нужно было понять, не стоит ли нам отложить IPO, — может, цена еще поднимется. Наши андеррайтеры считали, что, сократив количество выставленных на продажу акций, мы могли бы завершить IPO при цене $80—90 за акцию, — бесславный финал. Но мы решили все-таки провести IPO — по ряду причин. Прежде всего, пора было перевернуть эту страницу и браться за работу. Поэтому 18 августа мы согласились на $85 за акцию.

После старта

Ночью мы вылетели в Нью-Йорк, чтобы посмотреть, как в четверг, 19 августа, на Nasdaq начнется торговля нашими акциями. Мы явились утром, засыпая на ходу. В тот день Wall Street Journal тиснула передовицу: «Как пресловутое IPO Google споткнулось о просчет и гордыню», а комментаторы CNBC с самой утренней зорьки честили нас на все лады. Помню, как по дороге в Nasdaq я думал: «Ну все. Приехали».

Перед самым началом торгов в зале пошел обратный отсчет времени: 5— 4—3—2—1. На первых торгах наши акции пошли не по $85, а по $100, на 18% выше нашей цены. Кому-то досталась легкая нажива. Как мы ни старались, народ покупал и перепродавал, быстро получая $15 прибыли с акции. Они разлетались как горячие пирожки.

За день цена не снизилась — к закрытию биржи она равнялась $100,30.

Теперь Google стала публичной компанией. Усталые, но довольные, мы вылетели в Калифорнию, домой. К следующему понедельнику наши акции продавались по $105—110. Пресса оживилась невероятно. Даже New York Times сочла нужным подать голос: «Google продолжает эпатировать деловой мир, как это принято в Силиконовой долине… И совсем уж откровенно это проявилось в том, как компания пыталась диктовать Уолл-стрит условия своего IPO, — не такие, как у других. Похвальное намерение, ведь в основном IPO и проводятся ради “своих”».

IPO отняло у нас столько сил, что я решил: прежде чем вернуться к работе, надо подвести черту. Тогда в Афинах шли Олимпийские игры, и все мы следили за ними. Я попросил вице-президента Google Омида Кордестани, у которого потрясающе красивый голос, сказать нашему руководству что-нибудь истинно олимпийское, дабы поставить точку в нашей одиссее. Он встал в зале заседаний совета директоров — мы там проводим совещания менеджмента — и провозгласил: «IPO Google объявляется закрытым». Я велел всем браться за работу. И про IPO мы, руководство, с тех пор больше не говорили.

Так что мы сделали правильно? И что — неправильно? Правильное назвать легко. Превращение в публичную компанию — грандиозная задача. Наши финансисты, юристы, руководство с ней справились, преодолев множество препятствий. Мы осуществили задуманное, хотя с самого начала все шло кувырком. Что же до неправильного, то я и сейчас не могу сказать, почему в первый день торгов цена наших акций так подскочила и события стали развиваться так, как нам того не хотелось. Наверное, сошлось множество факторов.

Для генерального директора важнее всего результат. Я предпочел бы управлять частной компанией (это проще), но Google в конечном счете превзошла все наши самые радужные ожидания. А скептики ошиблись. Мы не изменились. Google управляют все те же самые, по сути, люди, которые руководствуются теми же ценностями, что и раньше, когда мы были частной компанией. Если у вас люди что надо и ценности что надо, если вы упорно идете к цели, ваша компания выпутается из любых передряг, вроде этой, и останется единым целым.

И хотя вся история вышла совершенно безумной, я бы ничего в ней не изменил, — кроме разве что того интервью для Playboy.

Об авторе. Эрик Шмидт (Eric Schmidt) — председатель совета директоров (с 2001 по 2017 гг. )и генеральный директор Google (c 2001 по 2011 гг.)

Google: как поисковая машина стала архивариусом | Политика и общество: анализ событий в Европе, России, мире | DW

«Don’t Be Evil» («Не сотвори зла») — по критериям пиара этот слоган компании Google — просто катастрофа. Каждый раз, когда специалист по поисковым услугам в сети попадает в прицел критиков, они неизменно напоминают ему об этом добровольно возложенном на себя обязательстве. Необычайно большая популярность поисковика Google и критика в его адрес с позиций морали свидетельствуют о том, что Google — это больше, нежели просто компания.

Как компания Google, кстати, чрезвычайно успешна. В июле 2006 года она удивила всех аналитиков и конкурентов, удвоив свою прибыль, несмотря на традиционно слабые, потому что жаркие месяцы: в сравнении с данными за предыдущий год компания повысила прибыль за второй квартал с 343 миллионов долларов до 721 миллиона. Оборот за тот же период времени вырос на 77 процентов до 2,46 миллиарда долларов.

Приспособление ради выживания

Несмотря на хорошие результаты Google не считает, что пришло время почивать на лаврах. Главный конкурент — Microsoft с его поисковой машиной MSN.Search не дремлет. В следующей седьмой версии Internet Explorer появится стандартная функция, запрограммированная на поиск именно с помощью MSN.Search. Учитывая лидерство Internet Explorer среди браузеров, это серьезный удар по Google, который уже выступил с критикой планов Microsoft, усмотрев в них нарушение правил свободной конкуренции.

Microsoft — не единственный опасный конкурент. Ветеран Интернета Yahoo! — с его рекордным, по собственным данным, трафиком в 500 миллионов посетителей ежемесячно — разрабатывает новую рекламную технологию в то время, как поисковики поменьше, например, Ask Jeeves, имеют шансы стать альтернативой Google.

Как и любая другая, выжившая в условиях New Economy, компания, Google реагирует диверсификацией своего предложения: одного статуса поисковой машины уже недостаточно. Поэтому Google предлагает дополнительные бесплатные услуги: Gmail (служба электронной почты), Translate (сетевой переводчик), Calendar (сетевой ежедневник).

Как ответ конкуренту — Microsoft следует понимать такие приобретенные Google программы, как сетевой текстовой процессор Wordley или программа для поисков файлов на персональном компьютере Desktop-Search: пользователю дают возможность получить свободу от Windows. Microsoft собирается ответить на это программами Windows Live и Office Live, финансируемой за счет рекламы и взносов сетевых версий своей операционной системы и офисного пакета Office-Suite.

Администратор всемирного знания

Одних дополнительных услуг менеджерам Google недостаточно. Компания постепенно превращается в администратора глобального знания. Первый шаг в этом направлении — создание сетевой библиотеки: библиотечные фонды разных стран будут полностью оцифрованы и выставлены в сеть поначалу в формате, снабженном функцией поиска, а затем и функцией скачивания.

Исключение будет сделано лишь для защищенных авторским правом изданий, то есть почти всех новых публикаций, из которых в сети появятся лишь содержание и несколько отрывков. Поскольку пока речь идет только об англоязычных изданиях, и отбор книг в сетевую библиотеку Google с точки зрения культурной политики не безупречен, Еврокомиссия, прежде всего, представители Франции требуют организовать европейскую сетевую библиотеку.

Популярная новостная служба Google-News также отражает стремление поисковика стать администратором всемирного знания. До сих пор поисковая система собирала все имеющиеся в сети новости на какое-то ключевое слово. Результатов было очень много, в том числе и ненужных. Поскольку Google использовал и сообщения информационных агентств, французское информационное агентство AFP обратилось в суд и потребовало платить взносы.

С августа 2006 года Google платит американскому агентству AP и предлагает с тех пор не только результаты поиска, но и самостоятельный новостной контент. В сентябре появилась новая дополнительная услуга — новостной архив, в котором можно найти публикации 300-летней давности.

От Google к Голиафу?

Путь Google далеко не безопасен. С растущим влиянием компании растет и сопротивление новому сетевому Голиафу — как раз за пределами экономики. Так, его добровольное подчинение цензуре в Китае, по примеру своих конкурентов, в мире восприняли как «недемократическое поведение». Это была критика моральной, не коммерческой природы.

Google фактически перестал быть просто эффективно работающей компанией, поэтому от потенциального администратора всемирного знания ожидают, что он будет действовать с чувством ответственности, стоящим высоко над коммерческим кодексом приличия. Справится ли с этим Google и не сотворит ли он зла — это решающий вопрос относительно его будущего.

8 крупнейших сделок, которых так и не случилось (и слава богу)

21 Июля, 2015, 18:40

9156

Сегодня «Корпорация добра» пьет шампанское. Цены на ее акции кусаются, а оценка компании вот-вот перевалит за симпатичные полтриллиона. Просто дико сейчас вспоминать тот случай, когда Сергей Брин и Ларри Пейдж пытались продать Google за $750 000. Ниже вы найдете восемь сделок, которые, к счастью, так и не состоялись.

Netflix не купили за $50 млн

Blockbuster были готовы к переходу от VHS на DVD, но чтобы стримить видео-контент? Нет, спасибо!

Когда деньги у Netflix заканчивались, они несколько раз осаждали Blockbuster предложениями о покупке своего стартапа. Но Blockbuster отказался и закончил тем, что в 2011 году был продан Dish Network за $320 млн. А Netflix сегодня стоит S50 млрд, на минуточку.

Excite отказались от Google за $750 000

Основанный в 1992 году поисковой гигант Excite отказал в покупке стартапу Брина и Пейджа за $1 млн. В 1999 году переговоры зашли в тупик. Один из крупных акционеров компании хотел договориться с основателями Google о покупке за $750 000, но СЕО Excite отверг и это предложение.

Сегодня Google преодолел отметку в $500 миллиардов по стоимости бизнеса, а Excite… А что Excite?

$3 млрд от Yahoo за Google. Маловато будет

В 2002 году, когда поисковиком заинтересовался другой IT-гигант Yahoo, Брин и Пэйдж сильно повысили планку. Тогда у покупателя не нашлось $5 млрд, за которые основатели готовы были продать Google, а $3 млрд им показалось недостаточно, и они умчались вперед, оставив Yahoo глотать пыль.

Facebook не захотели продаться Yahoo за миллиард

Марку Цукербергу было 22 года, когда в 2006-м он позвал на встречу ключевых инвесторов своей компании Питера Тиля и Джима Брейера. На повестке стоял вопрос о продаже социальной сети компании Yahoo за $1 млрд.

Сцена из фильма «Социальная сеть»: «А знаешь, что лучше чем миллион?..» Миллиард!

«И я, и Брейер считали, что надо взять деньги. Но Цукерберг начал встречу со слов: «Это скорее формальность, просто быстрая встреча директоров на 10 минут. Мы разумеется не будем продавать»», — вспоминает Тиль. В общем, так и случилось.

Спустя год Facebook отверг предложение от Microsoft на $15 млрд

В 2007 уже и Google, и Microsoft пытались поймать за хвост Facebook, который развивался сногсшибательными темпами. Балмер якобы предложил рекордные $15 млрд за соцсеть, в которой на тот момент уже насчитывалось более 500 млн пользователей. Facebook отказался. Все закончилось тем, что Microsoft купил унизительные 1,6% акций соцсети примерно за $240 млн при оценке в $15 млрд.

Microsoft хотел купить Yahoo за $44,6 млрд

Еще до запуска Bing компания Microsoft всеми правдами и неправдами пыталась втиснуться на рынок поисковиков. Настолько отчаянно, что в 2008 году компания попыталась купить Yahoo за $44,6 млрд. Получив отказ, Microsoft запустил Bing и какое-то время усердно пытался его раскрутить.

Покупка Yahoo могла бы стать полезной для Microsoft не столько с точки зрения выхода в поиск, сколько за счет долевого участия в Alibaba. Но это вряд ли сильно повлияло бы на «моджо» компании.

Facebook попытался купить Twitter за $500 млн в акциях

В ранние дни Twitter Цукерберг предлагал купить компанию за акции Facebook в эквиваленте $500 млн. Но сервис микроблогов неплохо рос, поэтому руководство стартапа отвергло заманчивое предложение.

Однако у Цукерберга есть чутье…

Snapchat не взял у Facebook $3 млрд

Когда в 2013 году стало известно, что Facebook предложил за Snapchat $3 млрд, и более того, СЕО стартапа отверг предложение, все были буквально в шоке. Селфи-приложению предсказывали судьбу «секс-мессенджера», и даже впечатляющие показатели роста и популярности не могли оправдать такую щедрость со стороны Цукерберга.

Несмотря на скептицизм, сегодня по самым скромным оценкам Snapchat стоит $15 млрд. И кто теперь смеется?

Источник: TechCrunch

Google, Российский экспортный центр, Фонд развития моногородов и Школа экспорта РЭЦ подписали меморандум о сотрудничестве

В рамках Петербургского международного экономического форума Google, Российский экспортный центр, Фонд развития моногородов и Школа экспорт РЭЦ подписали меморандум о сотрудничестве, в целях развития экспортного и туристического потенциала предприятий сферы туризма монопрофильных муниципальных образований Российской Федерации.

 Подписи в документе поставили генеральный директор Российского экспортного центра Андрей Слепнев, генеральный директор Фонда развития моногородов Ирина Макиева, вице-президент Google по развивающимся рынкам в регионе ЕМЕА Меир Бранд и генеральный директор Школы экспорта Российского экспортного центра Алисия Никитина.

 Стороны намерены провести серию семинаров, лекций, тематических исследований и других мероприятий для дальнейшего совершенствования знаний в сфере экспортных и туристических внешнеэкономических отношений. В рамках сотрудничества также планируется обмен опытом в области формирования и реализации программ, направленных на развитие экспортных и туристических инициатив с помощью цифровых технологий.

 «Google Карты — это один из 7 продуктов Google, который насчитывает более 1 миллиарда пользователей по всему миру. Каждый раз, когда они путешествуют, сервис помогает им найти достопримечательности, расписание общественного транспорта, лучшие отели, рестораны и другую важную информацию для путешественников. Это становится возможным благодаря миллионам местных экспертов, которые помогают нам сделать Google Карты точнее и полезнее для наших пользователей. Мы рады, что запустили проект «Прошагай город» с Фондом развития моногородов, чтобы в сервисе был разнообразный пользовательский контент, которым могут воспользоваться российские и иностранные туристы в более чем 300 российских моногородов», — Меир Бранд, Вице-президент Google по развивающимся рынкам в регионе ЕМЕА, Генеральный директор Google в Израиле.

 «Проект «Прошагай город» воспринят в моногородах на ура: более 90 городов подали заявки на участие, всего на «гугл-карты» нанесено свыше 700 новых объектов. Мы хотим, чтобы успешный опыт моногородов был растиражирован, считаю, что у проекта отличные перспективы», — отметила заместитель председателя ВЭБ.РФ, генеральный директор МОНОГОРОДА.РФ Ирина Макиева.

 «Ресурсная база участников меморандума позволяет объединить усилия для реализации образовательных проектов, важных, в том числе, и для развития экспортных инициатив. Те возможности и опыт взаимодействия с широкой аудиторией, которые есть у Google, в совокупности с экспертизой институтов развития позволят создать уникальные тематические образовательные проекты» — Алиса Никитина, генеральный директор Школы экспорта РЭЦ

 Меморандум подписан в присутствии Председателя государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» Игоря Шувалова. Стороны планируют укреплять и развивать сотрудничество на стабильной и долгосрочной основе.

 Alphabet Inc

Ларри Пейдж и Сергей Брин основали Google в 1998 году. С тех пор компания выросла, и теперь в ней работает более 50 тысяч человек по всему миру. Она предлагает пользователям доступ ко множеству популярных платформ и сервисов, таких как Поиск, Карты, Gmail, Android, Chrome и YouTube, а также широкие рекламные возможности. В октябре 2015 Google стала дочерней компанией Alphabet.

 Акционерное общество «Российский экспортный центр»

РЭЦ как государственный институт поддержки несырьевого экспорта предоставляет российским экспортерам широкий спектр финансовых и нефинансовых мер поддержки. В фокусе деятельности РЭЦ работа по совершенствованию условий ведения экспорта и нивелированию действующих барьеров при осуществлении внешнеэкономической деятельности. РЭЦ является акционером Российского агентства по страхованию экспортных кредитов и инвестиций (АО «ЭКСАР») и АО РОСЭКСИМБАНК, что позволяет оптимизировать ресурсы и создать эффективные бизнес-процессы по предоставлению комплексных услуг экспортно ориентированным компаниям. Согласно меморандуму о финансовой политике ВЭБ содействие развитию экспортной деятельности и поддержка инвестиционных проектов за рубежом с российским участием является одним из приоритетов. АО «Российский экспортный центр» входит в группу ВЭБ.РФ

 

Другие новости:

Москвич из Google — Журнал БОСС


Текст | Евгений БЛИНОВ

В декабре прошлого года журнал «Форбс» поместил Сергея Брина и его компаньона Ларри Пейджа на 43-е место в своем списке самых богатых людей США. Личное состояние каждого из отцов-основателей корпорации Google (обоим едва за 30) достигло $4 млрд. Стоимость же корпорации, по оценкам экспертов, составляет более $30 млрд. Кстати, название Google происходит от математического термина, обозначающего единицу с сотней нулей.

В России не без интереса узнали, что Сергей Брин — из «наших». Он родился в Москве в 1973 году. Кстати, общение в его семье до сих пор происходит на русском. (Когда корпорация Google стала многоязычной, Сергей лично возглавил поддержку русского языка.)

В Америку Брины перебрались в 1979-м. Михаил Брин, отец Сергея, почти сразу же начал преподавать математику в Университете штата Мэриленд. Евгения Брин, мама, нашла место в компании, выполняющей заказы для NASA. Стоит отметить, что математика для Бринов — фамильное дело: дед Сергея, Израиль Абрамович Брин, в 50-х годах преподавал ее студентам МЭИ.

Сережу отдали в частную школу. Английский язык, по словам отца, он освоил за два-три месяца. Юный иммигрант из России однажды удивил учителей домашней работой, распечатанной на принтере, — персональными компьютерами даже в Америке располагали тогда немногие. Первый компьютер — Commodore-64 — ему подарил отец.

Степень бакалавра Сергей получил в Мэрилендском университете. Престижная стипендия позволяла продолжить обучение, и Сергей едет в Калифорнию, где поступает в Стенфордский университет.

Полосатый период

К 1995 году Брин уже получил степень магистра. Он начинает собирать материал для докторской диссертации по теме «Сбор данных» (впрочем, она останется незаконченной). Научные интересы его коллеги Ларри Пейджа лежат в этой же области. В процессе работы над их докторскими возникает прототип Google. Брин публикует результаты исследований в научных журналах, а в 1998 году вместе с Пейджем ведет курс под названием «Сбор данных, поиск и Всемирная паутина» (Data mining, searsh and the World Wide Web).

Тем временем на университетском сайте уже вовсю работает поисковая система Google на странице stanford.google.edu. Ее главное отличие от других поисковиков — в особом алгоритме, построенном на анализе ссылок. Пользователи быстро оценили преимущество Google — она выдает в первую очередь наиболее цитируемые в Сети страницы.

В том же 1998-м авторитетнейший журнал PC magazine внес эту поисковую систему в список 100 лучших сайтов в мире. Однако появилось «но». Google качала информацию с библиотечных страниц, находящихся в ограниченном доступе. Кроме того, на нее уходила половина трафика Стенфорда. Сергею и Ларри ясно дали понять, что университетский домен придется покинуть.

Брин и Пейдж начали искать спонсоров для своего проекта. В крупных компаниях им объясняют, что с коммерческой точки зрения поиск данных совершенно бесперспективный сервис, и советуют даже открыть бесплатную почтовую страницу. И все же в один прекрасный день (словно в классическом жанре «успех по-американски») они находят того, кто в них поверил. Это Энди Бехтольшейм, весьма известный и уважаемый в компьютерной индустрии человек, один из основателей Sun Microsistems. Результаты Google удивили его настолько, что в тот же день на имя еще не существующей компании выписан чек на $100 тыс.

Первым их офисом, тоже в рамках жанра, становится гараж. А единственным сотрудником, помимо Сергея и Ларри, — Крэйг Сильверстейн. Сейчас он директор по технологиям Google.

Номер один

В 1999 году количество запросов на сайте компании превысило полмиллиона в день. Журнал Time причислил Google к десятке лучших сайтов во Всемирной паутине. Все больше интернет-порталов в разных странах мира используют поисковую технологию Google. В середине 2000 года капитулировал портал Yahoo — самый популярный тогда в Сети. После подписания договора с Yahoo число рекламодателей и пользователей Google начало расти еще быстрее. Ежедневно приходилось обрабатывать до 100 млн запросов.

В начале 2001 года компания наконец вышла на прибыль. В калифорнийской Кремниевой долине вырастает Googleplex — штаб-квартира нового флагмана сетевой индустрии. К 2003 году Google становится поисковой системой номер один в мире. Ей адресовано две трети всех поисковых запросов в Сети — около 200 млн. Они обрабатываются на 88 языках.

Рекламная политика компании выгодно отличается от той, что ведут конкуренты. Информация рекламодателей, разумеется, присутствует, но в виде баннеров или специально выделенных ссылок. По заявлениям Брина, никакой рекламный контракт не дает его обладателю преимущества над прочими ссылками, распределенными в зависимости от частоты упоминания в Интернете.

Некоторые формулы

В чем же секрет феноменального, даже по меркам весьма динамичного рынка высоких технологий, успеха Google? Одну сторону вопроса освещает факт присуждения Сергею Брину и Ларри Пейджу в 2004 году престижнейшей премии Маркони. Ее удостаиваются люди, совершившие значительные открытия в области коммуникационных технологий. Сергея и Ларри наградили как «людей, чье изобретение в корне изменило подачу информации в современном мире». Отметим среди лауреатов-предшественников Тима Бернерс-Ли, архитектора Всемирной паутины, и Роберта Меткалфа, изобретателя технологии Ethernet.

Другая причина успеха — поддержка многомиллионной армии пользователей Google. Это название стало не просто брэндом — синонимом сетевого поиска. В английском языке появился новый глагол — to google. На русский его можно перевести как «забить», в том значении, в каком его используют пользователи Сети. В дополнение к сказанному приведем наиболее часто цитируемые СМИ слова Брина: «Некоторые говорят, что Google — это Бог. Другие — что это сам Сатана. Но если те и другие думают, что Google чересчур влиятельна, то пусть вспомнят, что поисковые системы разделяет единственный щелчок мыши. Люди приходят на Google потому, что они ее выбирают. Мы их не заставляем».

Было бы странно, если бы при такой популярности у Google не нашлось критиков. Кое-кто замахивается даже на священную корову — алгоритм поиска и принцип распределения результатов. В Интернете, рассуждают они, пруд пруди сетевых промоутеров, которые за соответствующее вознаграждение возьмутся повысить место вашего сайта в рейтинге Google, поскольку низкое место в нем вредит имиджу фирмы. Брин в ответ советует создать собственный качественный информативный сайт, а Google в свою очередь сообщит о нем всем заинтересованным лицам. Что касается попыток раскрутить определенный сайт с помощью размещения платных ссылок, то это, по его мнению, тяжелый и неблагодарный труд. Гораздо проще и дешевле заключить с Google рекламный контракт.

Существуют и иные проблемы. Кто-то пытается повлиять на рейтинг Google в поисках минут собственной славы. Сетевые геростраты развивают бурную деятельность с целью привязать определенные словосочетания к конкретным сайтам. Были попытки использовать поисковик для политической и религиозной пропаганды. Однако все это относится к издержкам любого поиска в Интернете. Сложившуюся ситуацию очень точно прокомментировал Ларри Пейдж: «Для некоторых это феноменальное открытие, нечто вроде открытия огня: “Мы можем влиять на Сеть!” Ну конечно же, ведь вы и есть Сеть, поэтому и можете на нее влиять».

Число недовольных Google не так давно пополнилось активистами Республиканской партии. Их возмутило, что словосочетание «позорный провал» (miserable failure) отсылает пользователя к биографии 43-го президента США. Разразившийся скандал, как и следовало ожидать, значительно упрочил сетевую ассоциацию жизнеописания Джорджа Буша-младшего.

Еще пример — из серии черного юмора. Посетители крупнейшего сетевого магазина Amazon в ответ на запрос о книге, посвященной жертвам 11 сентября, получали в придачу рекламу дешевых авиабилетов.

Больше, чем имидж

Несмотря ни на что, Google стала тем, чем она стала. В отделениях компании по всему миру работает больше 1 тыс. человек. Более 150 тыс. рекламодателей заключили с ней контракты. Создатели фирмы постоянно подчеркивают: девять из десяти пользователей пришли на их сайт по совету друзей. Значит, особая реклама компании не нужна. Недавно журналисты задали Брину вопрос: чем же все-таки является Google — технологической или медиакомпанией? Последовавший ответ не лишен лукавства: «Мы являемся медиакомпанией, которая использует технологические достижения».)

Эти слова проливают свет на скрытую сторону успеха Google, связанную с ее тщательно продуманным имиджем. Сделав карьеру на сетевом поиске, Брин и Пейдж чутко уловили настроение значительной части аудитории начала нового тысячелетия. Девизом компании стало «Не сотвори зла» — Don’t be evil. (Правда, в ответ на вопрос, что же подразумевается под злом, один из подчиненных Брина отшутился: «Зло — это то, что Сергей считает злом»).

Брин и в самом деле никогда не отрицал роли субъективных факторов в политике компании. «Не стоит считать, что самый популярный ответ поисковой системы — это истина в последней инстанции». Подобная тактика — верный способ дистанцироваться от крайне агрессивной идеологии компьютерных корпораций. Дело в том, что лидеры рынка высоких технологий в 90-х годах исповедовали взгляды времен первых монополий. Заключались все новые корпоративные сделки, пользователю откровенно навязывался определенный продукт. Дорогостоящий и далеко не всегда лучший из тех, что имелись на рынке.

В последние годы по Америке и Западной Европе прокатилась целая серия антимонопольных разбирательств.

Вчерашние герои компьютерной революции превратились в общественном мнении в одиозных магнатов. Так, Билл Гейтс в широкомасштабном интернет-опросе «Главные злодеи ХХ века» вошел в первую десятку имен наравне с Гитлером, Муссолини и Григорием Распутиным. Да и сама идея глобализации представлялась уже в значительной степени дискредитированной. Разработка всеобщих стандартов стала трансформироваться в насильственную унификацию по заранее утвержденной модели.

Брин и Пейдж учли все эти обстоятельства. В многочисленных интервью и на онлайн-конференциях они рассказывают не только непосредственно о своем бизнесе, но и о корпоративной культуре Google, учитывающей вкусы сотрудников. Их офис, говорят отцы-основатели, похож скорее на студенческий кампус, чем на деловую контору. В Googleplex можно приходить с домашними животными. Во дворе припаркованы транспортные средства сотрудников фирмы — велосипеды и скутеры. В офисах стоят холодильники с бесплатным соком, в свободном доступе — горячий кофе, а обеды в столовой готовит шеф-повар одного из самых модных калифорнийских ресторанов. Все это часть философии Google, которая позволила компании совершить прорыв как раз в то время, когда индустрия высоких технологий находилась в глубокой депрессии. Словом, глобализм у них — с человеческим лицом.

Создатели Google движутся в избранном направлении. Они стараются поддерживать некоммерческие сетевые проекты, оказывая спонсорскую помощь интересным, с их точки зрения, сайтам. Кроме того, Google разрабатывает специальные программы для имеющих хобби. Увлечения дают людям возможность заработать деньги в Сети.

Ему не до любви

Президент Google характеризует себя одним словом — трудоголик. Причем подчеркивает, что сознательно выбрал этот стиль жизни. За последние два года — неделя отпуска. Разве что в перерыве он находит время для игры в волейбол или хоккей с подчиненными. В свой 31 год холостяк Сергей Брин — завидная партия. Сам он никогда не говорит о личной жизни. Тем не менее репортеры все же выведали, что он встречается с сестрой одного из сотрудников Google. Но этим информация практически исчерпывается.

Ну и конечно, имидж «парня из Google», как его называет американская пресса, меньше всего соответствует расхожим представлениям о российских богачах. Он не составляет личных флотилий и не выкупает родовые поместья. Живет в небольшой съемной квартире, ездит за рулем «Тoyota Prius», любит носить футболки и шорты. Кстати, он охотно дает интервью на русском и время от времени посещает русский ресторан в Сан-Франциско. А вообще, Сергей Брин уверен, что для создания компании, подобной Google, совсем не обязательно жить в Америке. Насколько реально осуществление такого проекта в России, всякий читатель волен судить самостоятельно.

Что дальше?

В августе прошлого года произошло долгожданное событие: акции Google появились на бирже NASDAQ. Не оправдав скептических прогнозов, они в первый же день взлетели на 18% — с $85 до $103 за акцию. В ноябре курс перевалил за $200. Впоследствии, правда, он несколько снизился, но эксперты не могут вспомнить другого случая, когда на акции интернет-компании был бы столь ажиотажный спрос. На рубеже миллениума сетевые фирмы разорялись одна за другой.

Между прочим, несмотря на множество заманчивых предложений, Google продолжает оставаться частной компанией. Перед выходом на рынок ее акциями обладало сравнительно небольшое число держателей, включая и многих сотрудников Google. Рекордный рост ценных бумаг компании в прошлом году сделал их миллионерами (попытайтесь представить подобную «приватизацию трудовым коллективом» в России). Брин объясняет этот факт следующим образом: Google ожидала выхода на рынок долгих шесть лет, за это время она вышла на прибыль и обзавелась целой армией постоянных рекламодателей.

Google не снижает активности в технологической сфере. Запущен новый поисковик для научных текстов, анонсированы бесплатный почтовый ящик объемом свыше 1ГБ и проект глобальной сетевой библиотеки. Но конкуренты собирают силы для ответных действий. В конце 2004 года компания Yahoo заявила о намерении разорвать свои отношения с Google и запустить собственную поисковую систему. Да и сам Билл Гейтс, признав поражение на данном этапе, пообещал вскоре удивить мир новым поисковиком от Microsoft.

На что же будут похожи поисковые системы будущего? Сергей Брин считает, что они должны обладать подобием человеческого интеллекта: «… мы продвинемся от сегодняшних поисковых систем к тому, чтобы вся полнота накопленной в мире информации превратилась в одну из наших мыслей».

И не исключено, что пресловутый искусственный интеллект появится не в секретной военной лаборатории, а в Сети, в качестве одной из услуг поисковой системы.

Сергей Брин: смартфон — это бесполезный кусок стекла. Вам нужны Google Glass!

Развидьте ваш смарт


Google Glass

На днях со-основатель Google Сергей Брин критически отозвался о смартфоне как устройстве в целом. По мнению Брина, нынешняя концепция «умного» телефона заставляет его владельца «выключаться» из повседневной жизни и вызывает недоумение и раздражение окружающих с того момента, как он видит на дисплее что-то привлекающее внимание. Хабрахабр приводит слова Сергея на этот счет:

«Это своего рода кастрация. Вы просто трёте этот безликий кусок стекла… Это ли то, что вы хотите делать со своей жизнью?.. Сотовый телефон – нервная привычка. Если бы я курил, я бы взял сигарету, и то выглядел бы круче. Но я беру смартфон и смотрю, нет ли у меня что-нибудь важного.

 

Как полагает Брин, всё то же самое, что и на смартфоне, логичнее делать через новую разработку компании — очки дополненной реальности Google Glass. Сергей уверяет: он уже опробовал технологию в деле и теперь испытывает — дословно — «отвращение» к смартфонам.

«Умные» телефоны, уверен «наш человек в Google», загоняют своего обладателя в пропасть социальной изоляции. В свою очередь, Google Glass не отвлекают от познания окружающего мира, а делают его только лучше, дополняя полезной информацией. При этом не нужно делать «неестественные» вещи вроде концентрации на пресловутом «куске стекла».

15 лет назад, когда я создавал Google, я хотел, чтобы вся необходимая информация приходила к пользователю тогда, когда она ему нужна, без поискового запроса. Google Glass — это первое устройство, которое сделает эту технологию реальностью.

Видео, наглядно демонстрирующее возможности очков дополненной реальности, «головного компьютера» Google Glass:

Уже есть и пародии:

Google уже анонсировала скорое начало продаж девайса в США (точная дата пока неизвестна). Цена Google Glass — $1 500. Пока приобрести очки смогут только посетители конференции I/O, организованной самой же компанией Google. Если покупатель не был на мероприятии, но хочет купить Google Glass, придется подождать.

Google Glass

Сергей Михайлович Брин родился в 1973 году в советской Москве. Отец будущего создателя Google Михаил Израилевич Брин имел математическое образование и трудился в структуре Госплана СССР, мама Евгения работала инженером. По свидетельствам отца семейства, евреи по происхождению Брины постоянно сталкивались с «глухим» антисемитизмом, выражавшемся, правда, не в преследованиях, а в «не пускать туда, куда еврею путь заказан». В 1979 г. семья переехала в США (тогда Сергею было шесть лет). Карьера родителей в Америке сложилась успешно — Михаил Брин стал сначала преподавателем, а затем и профессором Мэрилендского университета, Евгения Брин — специалистом в NASA. В Мэрилендском университете после школы обучался и сам Сергей (диплом бакалавра по специальности «Математика и компьютерные системы»). Брин-младший продолжил образование в Стэнфордском университете, где получил диплом магистра и поступил в аспирантуру. Его диссертационным проектом и стал всемирно известный сегодня поисковик №1. Google, называвшийся первоначально BackRub, зародился как университетская поисковая машина. Главной особенностью BackRub стал принцип ранжирования документов по запросам — «наверху» оказывались самые востребованные людьми материалы. Инвесторы быстро поняли ценность разработки Брина и Пейджа; увидев BackRub в деле, один из основателей Sun Microsystems Энди Бехтольшайм не колебался ни минуты:

 «Это очень интересно, — прервал его Энди, когда Сергей начал демонстрировать ему возможности своего поисковика, — но я очень спешу. Как, вы говорите, называется ваша компания?». И достал чековую книжку. Через несколько минут ошарашенный Брин остался один на один с чеком в $100 тыс. на имя не существующей еще компании Google Incorporated.

Через неделю после этой встречи, 7 сентября 1998 года, была зарегистрирована Google Incorporated с капиталом в 1 млн. долларов.

Сегодня 39-летний Сергей Брин — один из самых молодых миллиардеров в мире. Авторитетный журнал Forbes оценивает состояние со-основателя и разработчика Google в 15 миллиардов долларов (11 место в рейтинге «400 богатейших американцев»). По желанию Брина Google жертвует на благотворительность значительные суммы — порядка одного миллиарда долларов в год. В ноябре 2011 года Брин перечислил 500 000 долларов на развитие «Википедии». Сергей считает Apple и Facebook главными врагами «свободного интернета» и недоволен усилением борьбы с пиратством со стороны американской индустрии развлечений.

Сергей Брин с опаской и неприязнью относился к советским властям: в 1990 году, приехав в СССР на двухнедельную поездку по обмену, он, по собственным воспоминаниям, испытывал желание бросить камешком в машину милиции. В личной беседе с отцом Сергей благодарил его за то, что тот вывез семью из СССР. В 2002 г. журналисты приписали Сергею отзыв о России как о «Нигерии в снегу», управляемой держащей в своих руках поставки энергоресурсов «шайкой бандитов». Позднее Брин-младший заявлял, что сознательно подобного сказать не мог (Сергей отшучивался, что перед встречей с журналистом калифорнийского журнала «Red Henning» выпил много вина; не верил в возможность такого отзыва о России и отец Сергея, отмечавший, что статья с упомянутым высказыванием изобиловала смысловыми ошибками и временнОй путаницей).

С 2007 года Сергей женат на выпускнице Йельского университета, основательнице американской биотехнологической компании 23andMe Анне Войжитски. У четы уже есть ребенок — в декабре 2008 г. у Сергея и Анны родился сын Бенджи.

Сергей Брин с женой Анной

По материалам Хабрахабр, Вести Hi-tech, lpl, Wikipedia

Дирижабль соучредителя Google Сергея Брина замечен в районе аэропорта Калифорнии

ПОСЛЕДНИЙ 6 октября, 10:34 В то время как дирижабль, обнаруженный в Салинасе, принадлежит LTA Research, SFGATE с тех пор узнал, что это не 400-футовый Pathfinder 1.

5 октября, 13:00 Несколько лет назад соучредитель Google Сергей Брин переключил свое внимание с поисковых систем на дирижабли. Он основал компанию по производству дирижаблей LTA Research and Exploration, которая в 2017 году начала тайно строить дирижабли в Кремниевой долине.К весне этого года мы знали, что первый прототип дирижабля LTA построен и, по оценкам, будет готов к полету к концу 2021 года, но никто не сообщил, что видел, как он поднимался в небо.

До сих пор.

SFGATE узнал, что в воскресенье над Салинасом летал дирижабль LTA.

«Мы покупали продукты и по дороге домой … мы видели дирижабль далеко к северу от города», — сказал Алан Уилсон, который стал свидетелем и сфотографировал дирижабль вместе со своей женой Кейт Уилсон.«Мы забрали продукты домой и по сути просто погнались за ними».

Дирижабль LTA Research был замечен приземляющимся в муниципальном аэропорту Салинаса в воскресенье, 3 октября 2021 года.

Предоставлено Аланом Уилсоном

Уилсон схватил камеру и начал делать снимки. Как только он почувствовал, что с него достаточно, они направились домой — пока не заметили, что дирижабль направляется к муниципальному аэропорту Салинаса.

«В конце концов, мы погнались за ним до аэропорта, — сказал Уилсон.

На фотографиях и видео Уилсонов изображен дирижабль с видимым красным логотипом «LTA» на гондоле, приземляющейся в муниципальном аэропорту Салинаса.

Если это действительно первый прототип дирижабля LTA, названный Pathfinder 1, зарегистрированный дирижабль имеет длину 400 футов, приводится в движение 12 электродвигателями и может перевозить 14 человек, согласно Daily Beast. Согласно Air and Space, Pathfinder 1 должен был «поддерживать гондолу, дизельные генераторы, солнечные панели, батареи, электродвигатели и винты с векторной тягой, а также небольшой трап по всей длине оболочки для доступа к внутренней раме». Журнал.

Дирижабль LTA Research был замечен приземляющимся в муниципальном аэропорту Салинаса в воскресенье, 3 октября 2021 года.

Предоставлено Аланом Уилсоном

Брин считает, что дирижабли LTA служат гуманитарным целям (они могут приземляться или доставлять товары практически куда угодно). чтобы предложить альтернативу самолетам с нулевым уровнем выбросов.

У

LTA также есть другие дирижабли, в том числе Pathfinder 3, который будет намного больше Pathfinder 1 и достаточно большим, чтобы перевозить пассажиров.Но LTA мало что скажет о другом, еще более массивном жестком дирижабле, который находится в разработке.

«Все, что LTA скажет в протоколе о своем гиганте следующего поколения, это то, что он будет слишком большим для строительства в Саннивейле — LTA находится в процессе переезда в бывший ангар Goodyear Airdock в Акроне, штат Огайо», — говорится в сообщении Air и рассказ журнала Space Magazine.

Дирижабль LTA Research был замечен приземляющимся в муниципальном аэропорту Салинаса в воскресенье, 3 октября 2021 г. серия летных испытаний в районе залива, по данным журнала Air and Space Magazine.В конце концов, Pathfinder 1 долетит до нового объекта в Огайо.

Тогда возможно, что то, что стали свидетелями Уилсона, было одним из этих испытательных полетов. И если вам повезет, возможно, вы тоже станете его свидетелем.

«Мы видим, что дирижабли относительно часто проезжают между Лос-Анджелесом и Сан-Франциско на футбольные матчи, поэтому я не впервые гоняюсь за дирижаблем», — сказал Уилсон. «… Было просто весело, приятно достать фотоаппарат и сделать несколько забавных снимков.”

Сергей Брин

Сергей Михайлович Брин — российско-американский ученый-еврей, известный как один из основателей интернет-гиганта Google.

Бирн (родился 21 августа 1973 г.), сын математика-экономиста, родился в Москве. Он покинул Советский Союз со своей семьей в 1979 году, а затем пошел по стопам отца, получив степень по информатике и математике в Университете Мэриленда в 1993 году.Сразу после выпуска он поступил в аспирантуру Стэнфордского университета.

В 1995 году Брин встретил Ларри Пейджа, сына уважаемого профессора информатики в Университете штата Мичиган, на ознакомительном мероприятии для новых студентов в Стэнфорде. Остальное, как говорится, уже история.

Согласно отраслевым знаниям, Брин и Пейдж часто спорили, хотя споры вскоре закончились, когда они начали разработку нового типа поисковой машины в Интернете из общежития своего колледжа.Они назвали свою программу BackRub за ее способность анализировать «обратные ссылки», указатели с одного веб-сайта на другой. Они разработали теорию о том, что поисковая машина, основанная на математическом анализе взаимосвязей между веб-сайтами, даст лучшие результаты, чем используемые в то время основные методы. BackRub позволил поисковой системе составлять список результатов в соответствии с популярностью страниц после того, как Брин и Пейдж осознали, что чаще всего самый популярный результат также будет наиболее полезным.Они работали над BackRub до середины 1998 года, а затем попытались продать лицензии на эту технологию.

Их ближайшей целью было переехать из общежития и погасить задолженность по кредитной карте, которую они накопили. Энди Бехтольшейм, соучредитель Sun Microsystems, сразу же был в восторге от технологии, которую Брин и Пейдж назвали Googol, из-за того объема информации, который поисковая система могла бы найти. Гугол — это слово, обозначающее число, представленное цифрой 1, за которой следуют 100 нулей.При их первой встрече Бехтольшейму не нужно было слышать слишком много подробностей; он выписал чек на 100 000 долларов, сказал Брин. Чек был выписан Google, Inc., по сути, вынудив двух молодых людей создать корпорацию, хотя бы для того, чтобы обналичить чек, с несколько другим написанием, чем их первоначальное имя.

В конечном итоге Брин и Пейдж привлекли 1 миллион долларов от семьи, друзей и других инвесторов, а 7 сентября 1998 года компания Google начала коммерческую деятельность в гараже друга в Менло-Парке, Калифорния.Изначально Google получал 10 000 запросов в день. К 2004 году их количество составляло 200 миллионов в день.

В 2004 году в компании, расположенной в штаб-квартире площадью 500 000 кв. Футов в Маунтин-Вью, Калифорния, ласково называемой GooglePlex, работало почти 2 000 сотрудников. Согласно формам, поданным в Комиссию по ценным бумагам и биржам, Брин и Пейдж владели более 38 миллионами акций Google, или примерно 40 процентами компании. Когда в 2004 году компания Google стала публичной, ее стоимость оценивалась в 23 миллиарда долларов, а состояние каждого учредителя — многие миллиарды долларов.Многие сотрудники, чьи привилегии на рабочем месте включают стиральные машины, посещение врачей в офисах компании, хоккей на роликах, настольный теннис, бассейн, массажистку, а также бесплатные обеды и закуски, стали миллионерами.

Глагол «гуглить» стал означать «искать что-то в гугле»; из-за популярности Google (возможно, 80 процентов всех пользователей Интернета) он также в общем означает «искать в Интернете». На пике своего развития в начале 2004 года Google обрабатывал более 80 процентов всех поисковых запросов во всемирной паутине через свой веб-сайт и таких клиентов, как Yahoo !, AOL, и CNN .

В сентябре 2004 года Брин и Пейдж отправились в Израиль на празднование дня рождения Шимона Переса 80 и похвалили израильские технологии. «Израиль кажется мне следующей Силиконовой долиной; у него есть потенциал быть даже более успешным, чем Силиконовая долина, потому что люди здесь более голодны», — сказал Брин.

В ноябре 2009 года журнал Forbes включил Брина и Пейджа в пятерку самых влиятельных людей в мире. Ранее в том же году Брин был принят в Национальную инженерную академию, что является одним из высших профессиональных достижений в этой области.

По состоянию на сентябрь 2013 года Брин занял 21 место в списке самых богатых людей в мире.

Сергей Брин: последние новости Сергея Брина, назначение, образование, собственный капитал, активы

Соучредитель и член правления, Alphabet

Сведения о рождении 21 августа 1973 | Москва

Национальность Американец

Лига Предприниматель

Образование Магистр естественных наук, Стэнфордский университет

Собственный капитал 62 доллара США.7 млрд (на 1 июля 2020 г.)

Активы Сергея Брина:


Путешествие Сергея Брина так далеко …

  • Сергей Михайлович Брин и его родители эмигрировали в США из Советского Союза (ныне Россия ) в 1979 году, когда ему было шесть лет из-за антисемитизма в отношении его семьи
  • В 1993 году Брин окончил факультет математики и информатики Мэрилендского университета и получил степень магистра в Стэнфордском университете в 1995 году. встретил Ларри Пейджа во время его докторской программы, и дуэт работал над веб-проектом, который ранжировал или перечислял страницы в соответствии с их популярностью
  • Брин и Пейдж назвали проект поисковой системы Google в честь математического термина «гугол», который представляет собой большое число, например 1 с 100 нулей, чтобы выделить огромное количество информации, доступной в Интернете.
  • При финансовой поддержке семьи, друзей и венчурных капиталистов, Сергея Брина и Ларри Па. ge запустил Google в 1998 году.Базирующаяся в Силиконовой долине, штат Калифорния, поисковая система мгновенно стала мировым хитом.
  • Google, поисковая система номер один в мире, запустила свое первичное публичное предложение (IPO) в 2004 году и собрала более 1,9 миллиарда долларов, что сделало Брина и Пейджа миллиардерами. вскоре превратил его в глобальный конгломерат, который контролирует большую часть того, как мир взаимодействует с Интернетом.
  • В рамках одной из своих самых больших ставок и под руководством Брина Google приобрела онлайн-видео платформу YouTube у своих основателей Стива Чана и Чада Херли за 1 доллар .65 миллиардов
  • В октябре 2015 года Брин и Пейдж реструктурировали Google и сформировали холдинговую компанию Alphabet; Брин стал президентом, и в его состав вошли более тонкая Google и многие другие дочерние компании. К 2016 году у Google был беспрецедентный рекорд — более триллиона поисковых запросов в день.
  • . В декабре 2019 года Брин и Пейдж отказались от повседневного управления Alphabet и передали контроль Сундару Пичаи
  • . Брин провел значительное количество времени в Project X, новом подразделении, которое основатели Google запустили для решения некоторых насущных потребностей мира и улучшения его положения.
  • В последние несколько лет Брин участвовал в строительстве высокого уровня. технический дирижабль, который будет выполнять несколько ролей, но в основном будет использоваться в гуманитарных миссиях


Прежде, чем вы уйдете…


Последнее обновление: 02.12.2021

Отказ от ответственности Содержание этой страницы было собрано с нескольких веб-сайтов. Некоторая информация может измениться с течением времени.

Соучредитель Google Сергей Брин открывает семейный офис в Сингапуре

Сергей Брин и Ларри Пейдж соучредили Google — теперь подразделение материнской компании Alphabet

Сингапур:

Соучредитель Google Сергей Брин открыл семейный офис в Сингапуре, чтобы помочь управлять своим состоянием, сделав его последним магнатом, основавшим частную инвестиционную компанию в финансовом центре.

Согласно документам, поданным в корпоративный регулирующий орган, компания, контролирующая активы Брина, девятого в списке богатейших людей мира с состоянием в 86,5 миллиардов долларов США, открыла свой филиал в Сингапуре в конце прошлого года.

В последние годы сверхбогатые люди все чаще выбирают город-государство для открытия так называемых «семейных офисов», ориентированных на управление их состояниями и жизнями, в том числе британский изобретатель-миллиардер Джеймс Дайсон.

Их привлекают низкие налоговые ставки города-государства, политическая стабильность и такие стимулы, как схема, дающая инвесторам возможность получить постоянное место жительства.

По данным правительства, в городе-государстве с населением 5,7 миллиона человек, в котором проживает много иностранцев, находится около 200 односемейных офисов, контролирующих активы на сумму около 20 миллиардов долларов США.

Многие считают, что Сингапур получил импульс от длительной турбулентности в конкурирующем финансовом центре Гонконге.

Согласно документам, поданным в регулирующий орган, сингапурский офис Bayshore Global Management, базирующийся в США, Брин будет в основном заниматься управлением семейными инвестициями.

Офис 47-летнего Брина назван в честь Норт-Бэйшор, района Маунтин-Вью, Калифорния, где находится штаб-квартира Google.

Брин и Ларри Пейдж стали соучредителями поисковой системы в Интернете — теперь это подразделение материнской компании Alphabet — в 1998 году. Они ушли со своих постов у руля Alphabet в 2019 году.

Google имеет азиатскую штаб-квартиру в Сингапуре. .

(Эта история не редактировалась сотрудниками NDTV и была автоматически создана из синдицированного канала.)

Ожидание ответа для загрузки …

Сергей Брин и Аманда Розенберг: романтика соучредителя Google с менеджером по маркетингу Google Glass

I.T. Пара

Орбиты Брина и Войжицки столкнулись в 1998 году, когда Брин, аспирант факультета компьютерных наук Стэнфорда, вместе с одноклассником Ларри Пейджем уехал из кампуса, чтобы основать компанию по поисковым машинам в гараже сестры Войжитки Сьюзан. Сьюзан, которая познакомилась с Брином, когда он встречался с ее другом, взимала с них ежемесячную арендную плату в размере 1700 долларов, чтобы компенсировать ее ипотеку (теперь она является самой старшей сотрудницей в Google и новым руководителем YouTube).Брин и Пейдж заполнили гараж столами из старых сосновых дверей, установленных на козлах, бирюзовым ворсистым ковром и столом для пинг-понга. Их поисковая система, первоначально называвшаяся «BackRub», оценивала входящие ссылки на странице, а не ключевые слова, как это делали их конкуренты, а также важность объекта, выполняющего ссылки. (В поисках, как и в жизни, речь идет о том, кого вы знаете.)

Родители Брина, пара русско-еврейских ученых из Москвы, испытали предубеждения в своей стране и мигрировали, когда ему было шесть лет с помощью Общество помощи еврейским иммигрантам (благотворительная организация, которой Брин пожертвовал 1 миллион долларов в 2009 году и в правлении которой является его мать Евгения).Научное сообщество за пределами Вашингтона, округ Колумбия, поддержало его родителей, хотя деньги все еще оставались проблемой, внушая их сыну чувство бережливости.

Войчицкие были такими же сплоченными и академичными — и, как и Брины, также бережливыми и нематериальными. Отец Войжицки был председателем факультета физики Стэнфордского университета, а ее мать — преподавателем журналистики. Слегка загорелая брюнетка, энергичная, спортивная и популярная в школе — что-то вроде Дженнифер Энистон из Биркенстокса — Войчицки в детстве занималась фигурным катанием и играла в хоккей с шайбой в Йельском университете, где специализировалась на биологии.После окончания университета она 10 лет работала аналитиком по инвестициям в здравоохранение на Уолл-стрит. Ее родители были не совсем довольны. «Всегда было неловко возвращаться домой», — сказала она. «Люди говорили:« О, Энн, ты девочка с Уолл-стрит »». (Ни Брин, ни Войчицки не ответили на вопросы Vanity Fair. )

В Брине Войчицки нашел еще одного ребенка ученых времен бэби-бумеров, которые могли видеть дальше осторожный, элитарный подход академических кругов к открытию новых знаний, медленный процесс, в ходе которого исследователи выдвигают гипотезу, организуют эксперимент для сбора данных, представляют результаты на экспертную оценку и, наконец, спустя много месяцев публикуются в эзотерическом журнале.Брин и Войчицки — пионеры другой модели, обладающей огромным потенциалом как с точки зрения охвата, так и с точки зрения скорости: они рассматривают передовые веб-инструменты и большие наборы данных как ключ к решению проблем, от того, как таргетировать рекламу до обнаружения лекарств. лечить рак. Гипотезы могут быть ограничивающими, и ученые могут сбиться с пути; использование огромных вычислительных мощностей для поиска закономерностей происходит быстро, а наборы данных не лгут.

Когда Войчицки и Брин начали встречаться друг с другом, Google не только пережил крах доткомов, но и начал доминировать в бизнесе поисковых систем и зарабатывал деньги через AdWords, самую эффективную рекламную платформу в истории.В конечном итоге в Google будет работать 55 000 человек в своем кампусе из 65 зданий в Маунтин-Вью, Калифорния, создав лучшую в стране платформу электронной почты (Gmail), собственный браузер (Chrome) и систему G.P.S. картографическая система (Google Maps), агрегатор новостей (Google News), самая большая в мире коллекция серверов хранения данных и самая популярная в мире мобильная операционная система (Android). Google стал в высшей степени могущественной корпорацией, но в своей ДНК оставался антикорпоративным. В то время как компания активно внедряла инновации, Брин и Пейдж изо всех сил старались придерживаться своего неофициального девиза «Не будь злом», сохраняя чистоту своей поисковой системы, несмотря на попытки крупных рекламодателей добиться результатов в играх.Когда Google, совершив редкую ошибку, подверг цензуре свои результаты в Китае, Брин, чей опыт родителей настроил его на злоупотребления тоталитарных режимов, взял на себя ведущую роль в выводе компании из страны.

Корпоративная культура, о которой вы, вероятно, слышали в Google, — отсутствие дресс-кода, бесплатные суши, домашние животные на работе, бесплатные занятия пилатесом — все это было частью миссии основателей по созданию благоприятного рабочего места. Когда инвесторы обратились к Пейджу и Брину с просьбой нанять авторитетного С.EO — то, что в Долине называют «надзором взрослых» — они выбрали Эрика Шмидта, компьютерного ученого и менеджера, который, как известно, посещал Burning Man, ежегодную костюмированную вакханалию и творчество, бесплатную для всех в пустыне Невада, что является традицией среди Руководители Google. «Ларри и Сергей искренне заботятся об инновациях, и отчасти это означает искреннюю заботу о сотрудниках, чтобы они выполняли свою работу как можно лучше и творчески», — говорит бывший сотрудник Google.

Творчество означало, что думать о вещах иначе, чем в других корпорациях, и это часть того, как Google остается на вершине.Это также означало, что когда Брин выйдет замуж, все будет не так, как обычно. В 2007 году он и Войчицки пригласили гостей в секретное место на Багамах. Войжицки не всегда хотела жениться — за годы, проведенные на Улице, она видела, как банкиры изменяют своим женам, по словам друга пары, — но Брин был ее мужчиной. На свадьбу она была в белом купальнике, а жених — в черном. Они выплыли на песчаную косу, чтобы поклясться в окружении океана.

__FAST COMPANY__Войчицки и Брин на церемонии вручения премий за прорыв в области фундаментальной физики и наук о жизни 2014 года, организованной V.F. в Маунтин-Вью, Калифорния. Автор: Стив Дженнингс / Getty Images.

Год спустя Войчицки родили первого ребенка, когда руководители Google начали наслаждаться жизнью как одни из самых богатых людей в мире. Шмидт был пилотом, и, по словам друга, он поощрял других руководителей Google потакать своим желаниям в отношении яхт и самолетов. Брин, Пейдж и Шмидт купили по крайней мере полдюжины самолетов, в том числе 767 и 757; по сути, они «владеют авиакомпанией», — говорит друг.Брин также купил дом в Вест-Виллидж Нью-Йорка. Шмидт купил особняк Эллен ДеДженерес в Монтесито за 20 миллионов долларов, квартиру в Нью-Йорке за 15 миллионов долларов, которая появилась в качестве квартиры Шайи ЛаБафа в фильме Уолл-стрит: Деньги никогда не спят, и, недавно, дом за 22 миллиона долларов недалеко от особняка Playboy, в Холмби-Хиллз.

Жена Шмидта, Венди, однако, уехала в свой дом на Нантакете и не часто появлялась в социальных сетях Google. Шмидт, которой сейчас 58 лет, иногда сопровождали более молодые женщины, одна из которых некоторое время работала в Google.

Несколько бывших сотрудников Google говорят, что компания непринужденно подходит к свиданиям на работе. Один говорит, что Google «намеренно агностически не относится к свиданиям» и что в его глобальных офисах есть сотни «пар Google». Фактически, кодекс поведения Google не запрещает свидания между сотрудниками, говоря: «Романтические отношения между коллегами могут, в зависимости от рабочих ролей и соответствующих должностей вовлеченных сотрудников, создать реальный или очевидный конфликт интересов.Если романтические отношения действительно создают реальный или очевидный конфликт, они могут потребовать изменения условий работы или даже прекращения трудовых отношений одного или обоих вовлеченных лиц ».

Что касается культуры служебных романов в Google, одна светская львица из Атертона, имеющая тесные связи с компанией, сказала: «Когда у вас есть руководители, встречающиеся с сотрудниками, это как отношения между врачом и медсестрой — это не незаконно, но, похоже, не должно. происходить. Технология — это мужской мир. Большинство из этих парней женаты, есть еще молодые молодые акулы, и они тоже умные.Но у мужчин есть сотни миллионов долларов. Светская львица повторяет старую поговорку: «Это как если бы ты получил степень в Стэнфорде, чтобы работать в Google и найти себе мужа».

За прошедшие годы на высшем уровне Google было несколько заметных романов на рабочем месте, в том числе между Пейджем и Мариссой Майер, ныне генеральным директором Google. Yahoo. В коридоре велись дискуссии о том, что они встречаются, и некоторые считали, что близость с Майером была полезной при попытке быстро добиться одобрения Пейджа своего проекта.

Войчицки, в отличие от многих жен богатых мужчин, не была в восторге от коллекционирования произведений искусства или драгоценностей и выступала против покупки самолетов и лодок, говорит друг пары. Некоторые говорят, что она может быть упрямой и отказываться от похвалы, горячо относиться к своим идеям и пренебрегать чужими. По словам близкого к ней источника, Войчицки непреклонны в желании «нормализованной» жизни, используя фразу миллиардеров Кремниевой долины, означающую «нормальную». Но нет ничего нормального в астрономическом богатстве или силе, исходящей от тех, кто меняет мир.

В 2006 году Войчицки стал соучредителем 23andMe и вскоре привлек несколько раундов финансирования, в том числе 6,5 миллиона долларов от Google. Она надеялась привлечь в свою компанию более миллиона клиентов, уговорив их плюнуть в пробирку и отправить слюну в ее лабораторию ДНК-генотипирования по низкой сегодняшней цене в 99 долларов. Ее миссия заключалась в том, чтобы передать как можно больше информации о здоровье и происхождении каждого человека, исходя из принципа, что эти знания по праву принадлежат нам. Но не все получают хорошие новости; многие узнали о повышенном риске рака груди, болезни Альцгеймера или Паркинсона.Некоторые специалисты в области здравоохранения считают неразумным сообщать людям такие пугающие новости без личной консультации.

Оказывается, Войчицки была заинтересована в своем бизнесе больше, чем можно представить. Двоюродная бабушка Брина страдала болезнью Паркинсона, нейродегенеративным расстройством, и его матери диагностировали это заболевание в 1999 году. Долгое время считалось, что болезнь Паркинсона не является наследственной. Но начиная с 2004 года исследователи предположили, что люди с определенной генной мутацией (более распространенной среди евреев-ашкенази) имеют риск от 30 до 75 процентов умереть от этой болезни.(Риск для населения в целом составляет около 1%.) Когда Войжицки тестировал Брина, его результаты были положительными на мутацию. Брин считал, что риску осталось всего около 10 хороших лет, говорит друг пары.

Получив такие новости, некоторые из нас свернулись клубочком, но Брин — нет. В отличие от Стива Джобса, который строго следил за новостями о своем здоровье, Брин завел блог и публично объявил о своих результатах на конференции Google Zeitgeist в 2008 году в Маунтин-Вью. Брин начал заниматься спортом еще более упорно, чем обычно, и пил кофе, который некоторые врачи рекомендуют тем, кто подвержен риску заболевания, хотя ему не нравился его вкус.(В конце концов, он перешел на зеленый чай.) Он сказал журналу Wired , что надеется, что эти шаги могут снизить его риск вдвое, и если исследования мозга будут продвигаться, как он полагает, его риск снова сократится вдвое.

Вдобавок у Войжицки и Брина есть средства для помощи в таких исследованиях, и они передали более 150 миллионов долларов Фонду Майкла Дж. Фокса и 7 миллионов долларов Институту Паркинсона. Они также пожертвовали призы за прорыв, одна из которых была вручена исследователю болезни Паркинсона на церемонии в Исследовательском центре NASA Ames в Маунтин-Вью, прошедшей осенью совместно с Vanity Fair. Исследование 10 000 пациентов с болезнью Паркинсона, проведенное Войчицким в 23andMe, крупнейшей когорте этих генотипов в мире, могло бы еще больше снизить риск Брина. «Где-то ниже 10 процентов» — это его собственная оценка.

Новая жизнь

Спустя годы после своего генетического теста Брин переключил свое внимание на Google. Как и многие лидеры Кремниевой долины, ему наскучили повседневные проблемы, и он начал больше мечтать о вещах, которые были буквально вне этого мира, например о космических путешествиях и роботах, которые станут нашими друзьями.Когда соучредитель Microsoft Пол Аллен вложил 200 миллионов долларов в суперплан, способный запускать ракету, а Илон Маск из Tesla рассказал о Hyperloop, Брин, работая в компании с лучшими инженерами страны, вложил свои силы в Google X, компанию « секретная лаборатория »в двух невзрачных зданиях недалеко от кампуса Маунтин-Вью.

В 2012 году, чтобы представить Google Glass, Брин скоординировал трюк с парашютом, в котором команда прыгунов прыгнула с дирижабля над центром Сан-Франциско. СМИ были в восторге: по их словам, Брин был настоящим Тони Старком, гениальным новатором комиксов, которого сыграл Роберт Дауни-младший.в Железном человеке фильмах. (На самом деле, режиссер Джон Фавро говорит, что Маск был его вдохновителем.) Glass был первым большим проектом Брина в X; Теперь он готов обратить свое внимание на беспилотные автомобили, бета-версии которых сегодня пересекают Сан-Франциско, словно многие призраки.

Первое воплощение Glass, 10-фунтовый дисплей с креплением на голову, прикрепленный к кабелям, прикрепленным петлей к коробке на поясе пользователя, не был привлекательным, но Брин переделал его в гладкие рамки без линз в оттенках «хлопок, «Мандарин» и «небо».Тем не менее, они кричали «ботаник». На конференции Allen & Co. в Сан-Вэлли, штат Айдахо, Брин и Войчицки обратились к дизайнеру Дайан фон Фюрстенберг с идеей: возможно, она хотела бы сотрудничать. Модельер была приятно удивлена ​​представлением о том, что ее модели носят Glass на показе мод. Это придаст ее компании немного технического блеска, а для Glass — модного гламура.

На мероприятии команда Glass, включая Аманду Розенберг, приехала в Нью-Йорк, чтобы сотрудничать со студией фон Фюрстенберга.Брин и Войчицки устроили вечеринку в своем доме в Вест-Виллидж, и палитра Гласса соответствовала одежде фон Фюрстенберга. В день показа, во время Недели моды в Нью-Йорке, Розенберг позировала с фон Фюрстенбергом и Брином для праздничных фотографий. Она разместила фотографию, на которой она сидит в первом ряду и использует Гласс для записи шоу. «Вы можете видеть, что все выглядят довольно круто, а я с трудом сдерживаю волнение», — написала Розенберг со своим обычным чувством самоуничижительного юмора.

В то время как Glass громко писали в прессе, друг признает, что Войжицки, возможно, был немного суров с Брином.«Энн великолепна, но с ней бывает сложно», — говорит друг. «Она жестко относится к Сергею и не позволяет ему уйти от наказания». Она была сосредоточена на его спасении: когда исследования обнаружили, что вариант гена может защитить людей с редкой мутацией Брина, связанной с болезнью Паркинсона, Войжитки запатентовал его. (Как и многие ее бизнес-решения, патентование генов — шаг, который часто рассматривается как попытка загнать в угол рынок лекарств — вызывает споры в медицинском истеблишменте.)

Войчицки по-прежнему хотела нормальной жизни, или как можно более нормальной жизни: быть преданной мамой и обедать вместе всей семьей.Но «вместо того, чтобы просто быть основателем Google, Сергей вдруг стал классным, классным человеком, артистом — знаменитостью!» — говорит друг пары. «И он сказал:« Подождите, я делаю все эти крутые штуки, а потом мне нужно прийти домой и сменить подгузники? »

Войчицки начал неформально помогать Брину в Google Glass, — говорит друг. Розенберг хотела, чтобы продукт попал в руки мам, поэтому она приехала к Войжицки домой, чтобы обсудить, как можно связаться со многими службами, ориентированными на детей, в Лос-Альтос.В то время парнем Розенберга был Хьюго Барра, высокопоставленный руководитель команды Google Android. Бразилец, получивший образование в Массачусетском технологическом институте, по сути, был лицом их нового мини-планшета Nexus 7 и известным креативным менеджером по продуктам. Розенберг опубликовал внутреннее видео, где они оба вместе, и «очень гордился, когда начала встречаться с ним», — говорит коллега. По словам друга пары, Войчицки и Розенберга, во время курортного сезона 2012–2013 годов они настолько сблизились, что Войжитки купил Розенбергу рождественский подарок.Они вместе с Баррой, Брином и родителями Войжицкого и Брина вместе с ними отправились на ужин в честь дня рождения российского инвестора Юрия Мильнера. Розенберг курил сигареты, и Барра хотел, чтобы она бросила. Войчицки прочитал ей лекцию о рисках для здоровья.

Примерно в то же время, по словам друга, Войжицки наткнулся на сообщения между Розенбергом и Брином, которые заставили ее почувствовать тревогу, и она рассказала о своей озабоченности Розенбергу. (Розенберг отказался комментировать эту статью.) Несколько месяцев спустя, в апреле, Брин переехал из своего имения в Лос-Альтос в другой дом, которым они владеют поблизости.Он и Войчицки поддерживали теплые отношения.

Состояние основателей Google Ларри Пейджа и Сергея Брина в настоящее время превышает 100 миллиардов долларов, что делает их 2 из 8 сотых миллиардеров в мире.

Соучредители Google Сергей Брин и Ларри Пейдж. Крис Хондрос / Getty Images

Состояние соучредителей Google Ларри Пейджа и Сергея Брина в настоящее время превышает 100 миллиардов долларов каждый, благодаря резкому росту технологических акций.

Пейдж и Брин присоединились к еще шести сотням миллиардеров: генеральному директору Amazon Джеффу Безосу, генеральному директору Tesla Илону Маску, соучредителю Microsoft Биллу Гейтсу, генеральному директору LVMH Бернарду Арно, генеральному директору Facebook Марку Цукербергу и генеральному директору Berkshire Hathaway Уоррену Баффету.

Пейдж стоит 103,6 миллиарда долларов, в то время как Брин стоит 100,2 миллиарда долларов, согласно оценкам индекса миллиардеров Bloomberg.

Подробнее: Google, Facebook и Amazon столкнулись с новым вниманием со стороны нового британского наблюдателя за конкуренцией, который хочет ограничить их власть

Состояние Брина выросло на 20,4 миллиарда долларов в год к апрелю 2021 года, в то время как состояние Пейджа выросло на 21,2 доллара. млрд, по подсчетам Bloomberg. Акции технологических компаний быстро выросли с начала пандемии, а акции Alphabet, материнской компании Google, за последний год выросли более чем на 80%.

Пара владеет контрольными акциями Alphabet с более чем 50% от общего числа голосов между ними. Выручка компании за четвертый квартал 2020 года составила 46,43 миллиарда долларов за вычетом затрат на привлечение трафика, по сравнению с 37,57 миллиарда долларов годом ранее. Alphabet приписал это людям, которые больше использовали YouTube и Google Search во время пандемии.

Пейдж и Брин отказались от Google и Alphabet

Пейдж и Брин начали работать в Google в 1996 году, когда они были докторами наук.Студенты D. в Стэнфордском университете вместе с неофициальным «третьим основателем», который ушел до того, как он стал компанией. Сейчас это самый популярный веб-сайт в мире.

В 2015 году они основали холдинговую компанию Alphabet для управления как Google, так и другими дочерними компаниями, включая Waymo, DeepMind и Sidewalk Labs. Брин стал президентом новой компании, а Пейдж стал ее генеральным директором. Пейдж назначил Сундара Пичаи генеральным директором Google.

История продолжается

В 2019 году Пейдж и Брин объявили о планах отказаться от Alphabet и назначили Пичаи генеральным директором.Пичаи по-прежнему регулярно консультируется с соучредителями, хотя они все более и более воздерживаются, сообщил Хью Лэнгли из Insider.

Пейдж и Брин получали зарплату в 1 доллар за время работы в Google.

Наряду с потраченными состояниями на особняки, суперяхты и самолет на 50 человек, дуэт также возглавил инвестиционный раунд на 40 миллионов долларов в Tesla Илона Маска в 2006 году.

Прочтите оригинальную статью на Business Insider

Семейный фонд Сергея Брина — InfluenceWatch

Семейный фонд Сергея Брина — частный фонд и благотворительная организация Сергея Брина, соучредителя Google.Брин создал Фонд в 2014 году после разоблачения романа между Брином и сотрудником Google и его последующего развода с давней женой Анной Войжитки, с которой Брин совместно руководил Фондом Брина Войчицки. [1]

Фонд соответствует личному и профессиональному опыту Брина в поддержке левых организаций и организаций и ежегодно выделяет более 50 миллионов долларов в виде грантов различным организациям. Получателями грантов cRecent для фонда являются многие калифорнийские школы, библиотеки и образовательные программы, а также различные организации левого толка, такие как Tides Foundation, Proteus Fund и ColorOfChange. [2]

Фон

Сергей Брин — седьмой самый богатый человек в мире по состоянию на начало 2021 года. Брин стал соучредителем Google вместе с одноклассником из Стэнфорда Ларри Пейджем в 1998 году в качестве поисковой системы, использующей новый алгоритм ранжирования страниц по важности. Брин возглавлял Google и материнскую компанию Alphabet в качестве президента компаний с момента основания Google в 1998 году до декабря 2019 года, когда и Брин, и Пейдж объявили, что они откажутся от повседневных операций, оставаясь активными в компаниях в качестве членов совета директоров и контролирующих акционеров. [3]

Хотя Брин не часто становится объектом внимания общественности и, как считается, имеет относительно низкий профиль, Брин активно занимается благотворительностью в пользу левоцентристских организаций. Брин также делал пожертвования непосредственно на демократические цели, включая подарки Национальному комитету Демократической партии (DNC) и кампании по переизбранию бывшего президента Барака Обамы. Брин также поддерживает левоцентристские движения за счет пожертвований от Google Foundation и Семейного фонда Сергея Брина. [4]

История благотворительной помощи

В 2014 году Брин стал участником публичного скандала из-за романа с Амандой Розенберг, менеджером по маркетингу продукта Google Glass.Этот роман привел к тому, что Брин расстался и в конечном итоге развелся со своей давней женой Анной Войчицки. До развода Брин и Войчицки, генеральный директор компании по анализу ДНК 23 & me, входили в топ-10 самых благотворительных пар в мире, не отставая от Билла и Мелинды Гейтс, хотя пожертвования были от семейного фонда пары, Брина Войжитски. Фонд. [5]

Несмотря на развод пары, в 2018 году Фонд подарил почти 50 миллионов долларов, в основном общественным организациям области залива Сан-Франциско и образовательным некоммерческим организациям, таким как College Track и K to College, среди других получателей грантов от фонда — Фонд прав человека, Фонд Тони Блэра. Foundation и Фонд Викимедиа. [6]

В 2014 году, в связи с разлукой с Войчицким, Брин основал семейный фонд Сергея Брина, который владеет активами на сумму более 1,4 миллиарда долларов, в основном в форме акций Google. В 2015 году фонд выделил почти 60 миллионов долларов в виде грантов. [7] Многие из получателей грантов фонда включают известные левые политические группы, такие как Tides Foundation, Proteus Fund, ProgressNow Colorado, Фонд NAACP, People’s Action и ColorOfChange. [8]

Фонд также сделал пожертвования другим левоцентристским организациям, включая Центр стратегии на основе историй, Образовательный фонд ColorofChange, Faith in Texas, Girls Who Code, Национальную ассоциацию по улучшению положения цветных людей (NAACP) и Центр приливов и отливов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *